Маскарад под луной

Она скрупулезно, словно сквозь увеличительное стекло, рассматривала себя, свою семью, свою манеру одеваться, свою работу и даже умение обращаться со столовыми приборами. Конечно, у них с Картером было разное детство — сына Триборна с самого рождения окружала роскошь, — но все же Софи получила университетское образование и…

Смех Рида прервал ее мысли. Ну разумеется, он нашел эту историю забавной. Софи вскочила с табурета и ринулась к двери, схватив по дороге сумочку.

Рид догнал ее, удержав за плечи.

— Софи, меня рассмешила нелепость слов Триборна. Судя по тому, что ты рассказала об этом трусе и что я прочел о нем — признаюсь, прибег к помощи Интернета, — он напрочь лишен собственной воли и живет по указке отца. Думаю, папаша нашел ему какую-то девицу в жены. — В глазах Софи по-прежнему читалась обида. Смех Рида больно ее задел. — Послушай, ты как раз из тех женщин, на которых мужчины женятся, — убежденно произнес Рид. — В этом городке полно мужчин, мечтающих повести тебя к алтарю.

— Глупости. Если они и мечтают… то совсем о другом. Сам знаешь… — Она отступила к двери. — Дурацкий разговор. Ни один мужчина…

Рид притянул к себе Софи и ласково обнял, как обнимают ребенка, желая защитить и утешить.

— Мне очень жаль, что Триборн так тебя оскорбил, — мягко проговорил он. — Ты бросила все, чтобы помочь сестре. Отказалась от перспективной работы, от карьеры, лишь бы быть рядом с сестренкой, оберегать ее. Ты оставила друзей и, главное, отказалась от своего призвания, от дела всей жизни ради другого человека. Такую женщину всякий мужчина захотел бы видеть своей женой. Матерью своих детей. Попробуй убедить меня, что это не так.

Софи не смогла удержаться от слез. Она действительно любила Картера. Хотя все в городке предостерегали ее от ошибки, да и сама она поначалу настороженно относилась к сынку богатых родителей, нежная мягкость Картера нашла отклик в ее душе. Счастливые дни, проведенные в летнем домике, катание на лодке, тихие вечера вдвоем помогали ей отвлечься от суровых будней, полных забот и тревог. А потом любовь обернулась ложью: однажды Софи узнала, что Картер не испытывал к ней подлинного чувства, и это открытие едва ее не сломило.

Она прильнула к сильному телу Рида, прижалась щекой к его груди. Из глаз катились слезы."

"— Все хорошо, — прошептал он, гладя ее по волосам. — Триборн не вернется и больше не причинит тебе боль. А то, что он сказал, — неправда. — Чуть отстранившись, Рид заглянул Софи в глаза. — Звучит не слишком утешительно, верно? Я был просто уничтожен, когда одна женщина сказала, что не любит меня, что мои мысли и мечты, которыми я с нею делился, всегда пугали ее.

— Какая глупость! — возмутилась Софи. — Ты провел меня по балке на головокружительной высоте, хотя я дрожала от ужаса.