Маскарад под луной

"

"Картер отвез девушку домой и хотел помочь внести в кухню сумки с продуктами, но та отказалась. Когда он попытался договориться о следующей встрече, Софи его осадила, сказав, что у нее масса работы и совершенно нет времени на свидания. Она скрылась за дверью, не подарив ему даже прощального поцелуя.

Вернувшись домой, Картер разбудил звонком отцовского шофера и распорядился, чтобы тот заправил бензином машину Софи.

— Это нужно сделать до пяти утра.

— Да, сэр, — ответил шофер.

Повесив трубку, Картер сел за компьютер и быстро записал все, что сказала ему Софи о замороженных продуктах. Утром он созвал совещание руководителей отделов и пересказал все ее замечания, выдав их за результаты исследования рынка, которое он якобы проводил на протяжении нескольких месяцев. Швырнув бумаги на стол, Картер потребовал принять необходимые меры. Потом повернулся и покинул зал для заседаний.

Ошеломленные руководители проводили его изумленными взглядами. Картер никогда прежде не проявлял инициативы в чем бы то ни было.

Всю следующую неделю он каждый день встречал Софи после работы.

Вначале она подчеркнуто не обращала на него внимания, молча усаживалась в свою развалюху и уезжала. Картер пытался завоевать ее расположение, покупая цветы и конфеты, а однажды преподнес даже золотой браслет с брелоками, но она отвергала все подарки. На восьмой день, когда он явился с пустыми руками, Софи впервые с ним заговорила. Вернее, выслушала.

Утром у Картера вышла стычка с отцом. Обычно споры с Льюисом Триборном сводились к тому, что тот метал громы и молнии, а жертва покорно стояла, смиренно выслушивая вопли и брань. «Словно овца, окруженная волчьей стаей», — как-то заметил один из работников компании.

В тот день Льюис обрушил на сына всю свою ярость. Это произошло без всякой видимой причины. Просто Картер оказался в неудачное время в неудачном месте.

Выплеснув злобу, Льюис, как все грубые, вспыльчивые люди, испытал облегчение, Картер же почувствовал себя уничтоженным, опустошенным.

Въехав в городок, он свернул на стоянку и стал дожидаться Софи. В последние дни это вошло у него в привычку. Однако когда девушка вышла, охваченный апатией Картер едва ее заметил. Обычно он готовил речь заранее, стараясь уговорить Софи согласиться на свидание, но на этот раз не смог ничего придумать.

Поздоровавшись, Софи села в машину и завела старый дребезжащий мотор. Потом посмотрела на Картера. Тот стоял, прислонившись к капоту своего «ягуара», и глядел в темноту.

Заглушив мотор, Софи вышла из машины и спросила, что случилось.

— Ничего, — отозвался Картер, открывая дверцу автомобиля. — Простите, я не принес вам сегодня цветов, но… — Он обреченно махнул рукой. — Я больше не буду вам надоедать.