Череп под кожей

Мне кажется, сэр, что эти двое решили поддержать друг друга. Слишком мало удалось из них вытянуть. Особенно из Роуз Толгарт.

– Если не считать одного крайне интересного лживого утверждения. Но, возможно, леди не столь внимательна, как мне показалось.

– Какого, сэр?

– Насчет спальни, сержант. Помните, вы спросили, все ли в комнате осталось в том же состоянии, в каком она ее оставила? Она ответила утвердительно. А теперь представьте себе туалетный столик. Что из всей этой женской ерунды пропало? Какую вещь мы на нем не увидели?

Но катер с Ропером и Баджеттом коснулся пристани прежде, чем Бакли успел найти ответ на этот вопрос.

Глава тридцать вторая"

"Наконец этот ужасный день закончился. Вскоре после того как часы пробили десять, все сдержанно пожелали друг другу спокойной ночи и молча разошлись по своим комнатам. Обычный обмен любезностями перед сном теперь показался бы неуместным: «Я ужасно устал. День выдался тяжелый. Хорошего отдыха. До встречи утром». Эти фразы отдавали бестактностью, дурным вкусом, в них слышался странный намек. Две женщины-полицейских перенесли вещи Корделии из комнаты Моргана – весьма трогательный жест, который позабавил бы ее, будь она в другом настроении. Ее новая спальня располагалась на том же этаже, но с другой стороны от комнаты Саймона, а окна выходили на розовый сад и бассейн. Повернув ключ и вдохнув тяжелый душный воздух, наполненный запахом незнакомых духов, Корделия подумала, что этой комнатой, наверное, редко пользуются. Она была маленькой, темной и тесной, и казалось, что Эмброуз специально обставил ее так назло летним посетителям. Легкость и воздушность, которой ему удалось добиться почти во всех частях замка, здесь явно отсутствовала. Каждый квадратный дюйм стен был занят картинами и украшениями, а затейливая мебель и украшения из папье-маше на фоне красного дерева словно давили на нее своим темным угрожающим видом. Комната казалась какой-то затхлой, и Корделия широко раскрыла окно. Внутрь ворвался шум моря, однако теперь он не успокаивал и не убаюкивал, а больше походил на зловещий размеренный рев. Она лежала в постели, размышляя, хватит ли у нее сил встать и прикрыть окно. Но это была ее последняя сознательная мысль, прежде чем она поддалась усталости и почувствовала, что безвольно погружается в сон.

Часть V

Ужас при лунном свете

Глава тридцать третья

В девять пятнадцать Корделия отправилась в кабинет, чтобы позвонить мисс Модсли. Поднимая трубку, она подумала, прослушивает ли их полиция. Отслеживание телефонных звонков, даже на месте преступления, рассматривалось как прослушивание телефона, а для этого, разумеется, требовалось согласие министра внутренних дел.