Хождение под мухой

По паспорту сорок лет, а старик стариком, вечно ныл: «Капа, веди себя прилично. Капа не надевай мини-юбку, тебе пятый десяток катит».

Будь его воля, нацепил бы на меня серый халат и противогаз. Кстати, Лампа, тебе никогда не приходило в голову, что если ты накрасишь глаза и губы, то станешь просто красавицей?

Сказав последнюю фразу, бабуся ринулась в коридор, откуда незамедлительно донесся вопль.

– Лампа, закрой сковородку крышкой, я за сметаной побежала, кончилась, зараза."

"– У нас еще и картошки нет, прихвати пару килограммчиков, – гаркнула я и тут же прикусила язык.

Похоже, совсем ума лишилась, посылаю старуху за тяжелыми корнеплодами. Но Капитолина не усмотрела в просьбе ничего особенного.

– Ладно, – крикнула она в ответ и исчезла.

Да уж, Капа ведет себя как пятнадцатилетний подросток, и я невольно стала общаться с ней, как с молоденькой девушкой. Странным образом я теперь совершенно не замечаю ее морщин. Взгляд упал на зеркало. Не успев сообразить, что делаю, я схватила Капину косметичку и принялась тщательно краситься. Когда-то, выходя на сцену в обнимку с арфой, я, естественно, накладывала макияж. Все актеры, в том числе и мужчины, используют декоративную косметику. Делают они это отнюдь не из кокетства, а из самых простых утилитарных соображений. Ненакрашенное лицо кажется из зрительного зала белым пятном. Но в обычной жизни я редко пользуюсь косметикой.

Стукнула входная дверь, и появилась усталая Катюша.

– Что с тобой? – удивилась она. – Просто кабаре-канкан!

– Ничего, – буркнула я и отправилась смывать макияж.

Большую половину дня я провела в хозяйственных хлопотах, периодически пытаясь дозвониться до больницы, куда уложили Володю. Но в справочном бюро кто-то просто повис на проводе, и узнать о состоянии здоровья майора мне не удалось. В «Шерлоке» никто не отзывался. Очевидно, Федька работала вовсю, получив таинственного клиента, желавшего иметь дело только с ней.

Посчитав себя свободной, где-то около шести вечера я поехала на улицу Ударников. Небось Королев Евгений Сергеевич, отправивший ту подлую телеграмму, уже вернулся с работы и коротает время, уютно устроившись перед теликом с бутылочкой пивка.

Дверь распахнула раскрасневшаяся женщина, лет пятидесяти. Вытирая мокрые руки фартуком, она спросила:

– Ищете кого?

– Королев Евгений Сергеевич тут проживает?

Хозяйка испугалась:

– Господи, вы из милиции, опять Воробьев жаловался? Ну, поверьте, коли у него вновь шины проколоты, мой сын ни при чем. Мальчишка сегодня весь день сидит дома, температура у него. Женька, урод, поди сюда!

В коридор выглянул худенький бледный подросток лет двенадцати и ломающимся баском спросил:

– Чего?

– Того, – заорала мать, – допрыгался, дохулиганился, довыражался. Явились тебя арестовывать.