Под британским флагом

Приз был водоизмещением почти полторы тысячи тонн, в хорошем состоянии и оснащен полным комплектом орудий, так что цена ему, с учетом жадности интендантов Адмиралтейства, которое наверняка купит фрегат, не меньше тридцати тысяч фунтов стерлингов. Я получу около двух тысяч, а обычный матрос — около двадцати. С некоторыми призами мы имели больше мороки, а получали намного меньше. Только вот, если бы мы сами захватили фрегат, то не только бы получили в два раза больше, но и я бы стал капитаном его. Что-то мне захотелось покомандовать фрегатом. По жизни не тщеславен, но порой пробивает. К тому же, дело идет к миру, на берегу призов не захватишь, придется жить на половину оклада, который выше у командира корабля пятого ранга.

90

Пятого сентября после двух лет осады сдался французский гарнизон на Мальте. Меня сочли недостойным принимать участие в этом торжественном мероприятии, а так хотелось покрасоваться в новом кителе с двумя эполетами, как полному капитану, прослужившему более трех лет. Все французские суда, стоявшие в бухте, стали призами для всех кораблей англо-португальской блокадной эскадры. Это были линейные шестидесятичетырехпушечные корабли третьего ранга «Афинянин» и «Дего», тридцатидвухпушечный фрегат пятого ранга «Картахена», купеческих два полакра и четыре фелуки. Из военных кораблей только «Афинянин» был в более-менее приличном состоянии и его решили включить в Королевский флот, а остальные два отдали союзникам. Португальская эскадра состояла из одного линейного девяностопушечного корабля первого ранга, двух семидесятичетырехпушечных и одного шестидесятичетырехпушечного третьего ранга и двадцатишестипушечного корвета шестого ранга. Только флагманом командовал португальский контр-адмирал Домингос Ксавьер де Лима, маркиз Низы по жене, получившей этот титул, как наследница Васко да Гамы, а на остальных португальских кораблях капитанами были англичане. Неаполитанцы с англичанами начали разбираться, кто будет править Мальтой. Все шло к тому, что неаполитанцы, но я знал, что до второй половины двадцатого века Мальта будет под англичанами, чему мальтозы будут рады, по крайней мере, старшее поколение, которое хорошо говорило на английском языке. Мальтийская молодежь, выросшая в свободной стране, предпочтет итальянский — вернется, так сказать, к неаполитанским корням. Моему корвету поручили доставить в Гибралтар сообщение о сдаче французского гарнизона и заодно отвезти почту."

"Странным образом маршрут наш был не самым коротким. Вопреки северным ветрам мы оказались неподалеку от Менорки, и рано утром у мыса Мола встретили испанское сетти «Живой», вооруженное десятью девятифунтовыми пушками. Это был приватир, сопровождавший приз — бово водоизмещением тонн семьдесят.