Почти счастливые женщины

– Скажите, Алевтина Добрынина, – проговорила Аля, внезапно поняв, что Вика права.

– У него совещание, – ответил строгий голос. – Перезвоните позже.

Аля положила трубку и окончательно расстроилась. Напрасная затея, она и вправду наивная дура.

А через полтора часа раздался звонок:

– Аля, ты?

Господи, Юра!

– Помощь? – переспросил он. – Насколько срочно? Вчера? Я понял. Сегодня не могу, извини. Давай завтра прямо с утра? Подходит? Отлично. Да брось, какое «спасибо». Нет, не у меня, на нейтральной территории, – рассмеялся он.

В половине десятого Аля стояла у кафе на Сретенке. Ровно в десять остановился огромный черный страшноватый и важный «Мерседес». Из него проворно выскочил шофер и открыл заднюю дверцу, откуда неспешно вышел Юрий Владимирович Котиков.

Увидев Алю, чуть улыбнулся:

– Привет!

Зашли в кафе, заказали кофе.

Водитель, он же, по видимости, и охранник, устроился за соседним столом.

Они разглядывали друг друга.

– Ты почти не изменилась, – сказал Юрий. – Так, повзрослела немножко. И это тебе очень идет.

Аля улыбнулась.

– Да брось, рассмешил! Кому идут годы?

Юрий стал шире, мощнее, появилась суровая складка между бровями, стали другими глаза. Полысел. Только вот уши такие же смешные и большие.

Поймав ее взгляд, он усмехнулся:

– Что, по-прежнему Чебурашка?

Аля смутилась.

– Ну да, не отрезал. Так с ними и прожил. – Он посерьезнел и внимательно на нее посмотрел. Внимательно и грустно. – Ну, как ты, Аля? Как все сложилось?

– Нормально. Наверное, нормально, Юр. Всякое было, но по большому счету все хорошо.

Разговор не клеился, Аля нервничала.

– Знаешь, – он громко глотнул кофе, – я бы мог знать о тебе все. Каждый шаг, при моих-то возможностях. Сначала думал, что так и будет. Буду контролировать, что ли, чтобы не обидели. Оберегать. А потом передумал. Зачем? Зачем знать, за кого и когда ты вышла замуж, кого родила? Не хочу. И я… отпустил. Понимал, если что, ты сама найдешь меня. Вот ты и нашла.

– Юра, – тихо сказала она. – Ни за кого и никогда я больше замуж не выходила. И больше никого не родила. Как была одна дочь, так и осталась. У меня двое внуков, я директор все той же школы. Так что ничего интересного обо мне ты бы все равно не узнал.

Удивленно вскинув брови, он ничего не ответил.

– Ну а ты? Как у тебя все сложилось? Прости – когда ушла мама?

– Мама ушла двенадцать лет назад. Тяжело. Кто я – ты знаешь. Чем занимаюсь – неинтересно. Женат, двое детей. Сын и дочь. Скоро вот, – он улыбнулся, – должен стать дедом.

– Это счастье, Юра! – оживилась Аля. – Вот внуки – поверь! – огромное счастье. Куда острее, чем дети!

– Посмотрим, попробуем. – И мельком глянул на часы. – Извини, Аля, – теперь перед ней был снова генерал, а не лопоухий товарищ Фуражкин. – Давай о твоем?

Аля кивнула.