Почти родные

»

Сначала не верю, что Ковалёв мог уехать вот так, не попрощавшись и не поцеловав, а потом накрывает разочарованием и тоской. Сердце сжимается от боли, в глазах собираются слезы. Не хочу думать, что наша разлука надолго. Пусть это окажется не так!"

"Почти до обеда я нахожусь в квартире Андрея, не могу заставить себя подняться. Потом прибираюсь и, закрыв за собой дверь, еду домой. Всю дорогу порываюсь написать Ковалёву, спросить, как он долетел, но Андрей сам присылает сообщение, что на месте. Я включаю аварийку и останавливаю машину на обочине, звоню ему по видеосвязи. Андрей просит прощения, что не разбудил, говорит, что я сладко спала и кидает мою фотку.

Опять становится тоскливо и хочется расплакаться. Почему-то я уверена, что Андрей просто не захотел видеть грусть в моих глазах. Отчасти понимаю его. Но все равно! Мог бы разбудить и попрощаться.

Мы немного болтаем, а затем я еду домой.

Первые несколько дней пытаюсь отвлечься на учебу, работу и будничные дела, а спустя неделю – едва не лезу на стену от тоски. На душе муторно, я никому не могу поплакаться, как соскучилась по Андрею.

В выходные собираемся с девчонками в клубе, но уже через полчаса я жалею, что согласилась. Лучше бы осталась дома, в тишине. Там хотя бы не нужно притворяться, что все хорошо, и натягивать на лицо улыбку.

– Гордеев опять улетел? – спрашивает Вика.

– На тебе лица нет, – подхватывает Катя.

– Не совсем все гладко. Давайте не будем о нем, – нехотя отзываюсь я.

Залипаю в телефоне – жду от Андрея сообщения или звонка, Он третий день молчит. Я не знаю, что происходит, но этот игнор дико ранит. Последний раз мы нормально разговаривали на прошлой неделе. Решаю написать Андрею еще раз. Он долго не отвечает, а потом перезванивает сам.

Я отхожу в тихое место и нажимаю зеленую кнопку. Всегда надеюсь, что Андрей скажет: «Привет, я лечу к тебе» или «Приезжай в квартиру, я уже в Москве» – но чуда не происходит. Мы перекидываемся несколькими фразами, он интересуется, как у меня дела и сказала ли я родным о своем решении учиться в Школе кино и фотографии. Отвечаю, что ничего никому не говорила, и спрашиваю о том, что не дает мне покоя.

– Когда ты прилетаешь?

Повисает долгая пауза.

– Я не скоро приеду, Яна.

– Почему?

– Обстоятельства так сложились. Нужно побыть здесь какое-то время.

Кажется, я улавливаю горечь в его голосе.

– Месяц? Два? Три? – шепчу одними губами.

– Пока не знаю. У тебя шумно. Ты где?

– С девчонками в клуб выбрались. А ты?

– Дома. Ладно, отдыхайте. Завтра созвонимся. – Андрей отключается.

Несколько минут смотрю на погасший экран, чувствуя, как меня шатает от воспоминаний и желания увидеть Ковалёва.