Почти 15 лет

 — И разные взгляды на жизнь.

Тот, выслушав, не стал озвучивать свои причины, а просто передал листок Славе. Аккуратным, совсем нетипичным для врача почерком, было выведено, как под линеечку:

3. По крайней мере, мне так иногда кажется.

Сердце забилось, как от страха, но Слава не понял, чего испугался. Это было… жутко. Он ожидал чего угодно, но не этих слов, а когда их увидел — не обиделся, нет. Испугался вдруг возникшей в голове мысли: «Я его совсем не знаю».

В этом предложении, разбитом на три пункта, словно стихи, он будто бы увидел больше Льва, чем за все пятнадцать лет совместной жизни. Передав листок Мариам, он произнёс:

— Полагаю, нужно это обсудить.

Она смотрела на строчки секунду-другую, а потом сказала:

— Лев, может, поясните Славе, почему вы так думаете?

Он, не глядя на Славу, твердо произнес:

— Потому что ты так сказал. Тогда, в Канаде…

Слава, растерявшись, начал неловко оправдываться:

— Но мы сильно ссорились и оба были на эмоциях.

— Ты не был на эмоциях, — припомнил Лев.

Он негромко ответил:

— Ну, тогда мне правда так казалось… Я очень устал от нас в тот период.

— А сейчас ты так не думаешь? — Лев, наконец, поднял на него глаза.

— Нет, — уверенно сказал Слава. — Но почему ты до сих пор так думаешь?

— Скажи еще раз, — попросил Слава. — Может, в этом кабинете я пойму лучше.

— В наших отношениях всё так, как хочется тебе. У нас дети, потому что ты хочешь детей. Эмиграция, потому что ты хотел эмигрировать. В сексе учитываются только твои предпочтения. И компромиссов у нас нет, потому что или так, или «уходи». Я уходить не хочу, потому что люблю тебя, и иду тебе навстречу, но от того, что я делаю выбор поперек себя, я начинаю злиться, это накапливается, я срываюсь, а потом ты пишешь пункт один: «Вспыльчивость».

— И пункт два: мы слишком разные, — задумчиво добавил Слава. — И что теперь делать, выкинуть детей?

— Да причём тут это? Понятно, что мы их уже никуда не денем, да я и не хочу, просто… Ладно Мики, но Ваня — зачем? Это ты хотел. Я не хотел. Ты меня уговаривал. Почему мы просто не сделали, как просил я, ведь у нас уже был ребенок? Почему тебе обязательно нужно было сломать моё мнение?

— Я… я думал это по-другому называется. Типа… разговор? У тебя свои аргументы, у меня свои. Я ими поделился и ты… согласился. Я не думал, что ломаю тебя. Что ты так это чувствуешь.

— А что мне ещё остается, если я всегда знаю, каким будет следующий пункт?

Слава закрыл лицо ладонями, потер глаза. Устало вздохнул, снова обнимая себя за колени.

— Не знаю… — выдохнул он. — Я думал, так правильно… Ну, быть честным в желаниях и не жертвовать своими интересами.

— А я почему жертвую своими?

— Потому что ты сам так решил.