Почему они убивают. Как ФБР вычисляет серийных убийц

Мы предположили, что мишенью должен был стать профессор Крист, что сразу указывало на изощренный ум НС, отправившего посылку таким «возвратным» способом, а также ставило нас перед вопросом, что выдающийся ученый (не имевший врагов) мог сделать такого, чтобы кому-то захотелось его подорвать.

Вторая бомба была устроена проще и представляла собой сигарную коробку, оставленную на столе между аудиториями на втором этаже Северо-Западного технологического института. Студент инженерного факультета, Джон Дж. Харрис, открыл ее; коробка взорвалась, и у него осталось несколько царапин и порезов. Взрывное устройство состояло из спичечных головок, проволоки и батареек от фонарика – еще одна примитивная бомба. На этот раз, однако, не было никаких указаний на то, что преступник нацелился на конкретную жертву.

В третьем случае ставки возросли. 15 ноября 1979 года рейс 444 компании «Американ Эйрлайнс» из Чикаго в Вашингтон совершил экстренную посадку в аэропорту Даллз в Виргинии после того, как салон наполнился дымом. Двенадцать пассажиров «Боинга-727» попали в больницу с отравлением угарным газом. Бомба находилась в посылке, отправленной из Чикаго, и должна была взорваться при достижении определенного уровня давления в салоне. Взрыв был не таким сильным, чтобы пробить стены самолета, но в грузовом отсеке начался пожар. Адрес на посылке выгорел, поэтому следователи не смогли выяснить, кому ее отправили. Однако, как и с первой бомбой, это могла быть просто уловка, потому что бомбу сконструировали так, чтобы она взорвалась в воздухе.

Налицо была эскалация преступлений, и не только с точки зрения технического совершенствования, но и относительно избранных мишеней. Устройство предназначалось не просто для того, чтобы искалечить, оторвать руки или ноги какого-нибудь незадачливого профессора или студента. НС перешел в следующую лигу. Как Джек Грэм почти двадцать четыре года назад, он задумал устроить авиакатастрофу. Он просто еще не достиг нужного технического совершенства.

В дополнение к базовому профилю обсессивно-компульсивного одиночки под тридцать с интеллектом выше среднего, эволюционирование бомб и эскалация насилия указывали на человека с высокой степенью технологических навыков и криминальной искушенностью. Имелись все причины полагать, что эта эволюция продолжится. Мы понимали, что он будет действовать эффективнее и эффективнее по мере обретения опыта. Я не видел причин отказываться от убеждения, основанного на опыте с другими серийными преступлениями, что самые ранние могут рассказать больше всего – пока преступник не стал по-настоящему хорош в своем деле.