Почему драконы изменяют?

— И позволить им копаться у себя в голове? Нет уж! Я лучше высплюсь! До вторника!

После того, как дверь захлопнулась, я прислушалась к едва заметному аромату, что остался после девушки. Цветущий миндаль… надо же!

Досчитав до двадцати, — по моим подсчётам она уже должна была покинуть здание, — я приглушённо запищала. Мой первый клиент! Радость наполняла меня. Протанцевав до своего стола, я положила в защищённый ящик стола документ на оплату и заметки, что делала. После чего расслабленно его захлопнула. Империя спустит с меня тридцать три шкуры, если хоть капля информации утечёт не в те руки. Я подписала кипу бумаг, да к тому же дала магическую клятву, так что ящик, настроенный на мою ауру, — самое то для крох информации, что мне удалось узнать о красноволосой.

Взглянув на время, я поняла, что сегодня больше никто не придёт, а потому, сияя, понеслась домой делиться радостью с моим любимым драконом. Поймав экипаж, запряжённый диким ящером, в очередной раз вздрогнула. Больно кровожадный взгляд и острые зубы были у этих диковинных зверей. Не все драконы в достаточной степени могут контролировать свою ипостась, а лошади, на поверку, оказались животными трепетными, оттого в драконьей империи не прижились, в отличие от диких неразумных ящеров. Чуют твари старших родственников и безропотно следуют их указаниям."

"Приехав первой домой, я скорее понеслась на кухню, воодушевлённо желая порадовать Рохана. Он все эти дни утирал мне слёзы разочарования, готовил мои любимые блюда, дарил цветы каждый вечер, что наш дом даже превратился в оранжерею, и любил так, что я каждую ночь забывала о собственной несостоятельности и провальной практике днём. Теперь моя очередь его порадовать.

Вытащив из охладительного шкафа двумя пальчиками мясо, я сморщила носик. Не любила его, даже прикасаться брезговала, но на что только не пойдёшь ради своего мужчины!

Посолив и поперчив, бросила на разогретую сковороду. Что там Рохан говорил? Запечатать соки!

Мясо шкварчало, а я пробовала угадать момент, когда же произойдёт то самое запечатывание. Когда сизый дым стал подниматься над сковородой, я решила, что всё запечатано стопроцентно, и перевернула, продолжая ждать.

— Что происходит? У нас пожар? — любимый голос заставил меня повернуться, сверкая улыбкой.

— Рохан! — с визгом я кинулась к нему в раскрытые объятия, как только он откинул рабочий портфель. Мужчина закружил меня, прижимая к себе и целуя.

— А я готовлю ужин! — отдышавшись, встретилась с его дымчатыми глазами. Светло-серые, они могли бы меня напугать, если бы не темнели при виде меня, отражая желание, что его наполняло.

— Вау! — протянул он, не спуская глаз со сковороды. — Вижу, у тебя хорошее настроение.