Рождественский поцелуй

– Полагаю, что людям вашей профессии действительно есть, о чем беспокоиться.

Даффин откинулся на спинку дивана, вытянув красивые ноги, и Реджина поспешно отвела взгляд.

– Я хочу обеспечить вам безопасность. Вам и Николь.

– Ваша профессия налагает на вас огромную ответственность.

– Но я не знаю, смог бы заниматься чем то другим, – тихо произнес Даффин.

В доме было так тихо, что низкий тембр его голоса эхом отдавался в каждой клеточке тела Реджины. Ей казалось, что они единственные в целом мире бодрствуют в столь поздний час.

– Вы когда нибудь терпели неудачу? – Реджина повернулась к сыщику, сидевшему от нее на расстоянии вытянутой руки.

Тот склонил голову набок, почесал покрытый щетиной подбородок и улыбнулся:

– Раз или два. Но не больше.

Реджина рассматривала его профиль в мерцающем свете свечей. Оуклиф улыбался, но под улыбкой угадывался скрытый гнев. Или то была едва сдерживаемая решимость? Реджина подозревала, что Даффин хранит множество тайн, и теперь удостоверилась в этом.

– Это не дает вам покоя, не так ли? – спросила она.

Даффин устремил взгляд на догорающие в камине дрова и скрестил руки на груди.

– Каждый день меня преследуют мысли о нераскрытых делах.

Он говорил жестко, но честно, и его честность также восхищала Реджину.

Она принялась теребить полу пеньюара, набираясь смелости задать вопрос, который так и вертелся у нее на языке. Наконец, набрав полную грудь воздуха, Реджина произнесла:

– Убийство вашей мамы раскрыли?

Даффин стиснул зубы. Ей не стоило об этом спрашивать. Он явно не любил говорить о своем детстве и родителях, но от этого Реджину еще сильнее разбирало любопытство.

– Они не раскрыли, – ответил Оуклиф, и его лицо превратилось в камень. – Я его раскрыл.

Реджина закрыла книгу и с благоговением посмотрела на Даффина.

– Вы?

Он медленно кивнул, не сводя взгляда с тлеющих дров.

– Через много лет после ее смерти. Но я это сделал.

Реджина глубоко вздохнула и, отложив книгу, подалась к нему.

– Что с ней случилось, Даффин?

– В сочельник к нам в дом ворвался преступник и убил ее.

Глаза Реджины наполнились слезами.

– В сочельник?

– Да. – На подбородке сыщика дернулся мускул.

Реджина внимательно всматривалась в его лицо.

– Кто это был? Зачем он это сделал?

– Его звали Ноулз, он был наемным убийцей.

– Как ужасно, – выдохнула Реджина, пытаясь осознать масштаб трагедии.

Даффин откинулся на подушки.

– Да. Именно поэтому я иногда начинаю мучиться бессонницей в преддверии Рождества.

У мисс Хевершем оставались и другие вопросы, но она почувствовала, что Даффину будет очень нелегко на них отвечать.

– Когда меня мучает бессонница, я обычно читаю.

– А когда меня мучает бессонница, я обычно пью, – произнес Даффин. – Но, думаю, на сегодня мне хватит.