Мажорный поцелуй

— Тоже мне, защитнички закона. Не дают спокойно отдохнуть честным гражданам. Валяйте, заходите — с несанстан… неконстан… Короче, незаконный ваш обыск, я сказал.

Зайдя в квартиру, менты сразу принялись осматривать комнаты.

— А что вы ищете?

— Володя, помолчал бы лучше. А то мы тебя и без ордера закроем на пятнадцать суток.

— Это за что? Я ничего не нарушал.

— За появление в общественном месте в нетрезвом состоянии.

— Как-то не стыкуется — я же сейчас дома.

— Вот мы тебя на улицу выведем, и все состыкуется, — заржал один из ментов. — А что это у тебя за кровь на ковре? Что, опять уголовника оперировал?

Мент присел на корточки и присмотрелся к бурым пятнам. Хирург выпучил от испуга глаза и присел рядом.

— А, так это — моя. На стекло наступил.

Он поднял босую ногу и показал длинный порез на подошве.

— Смотри мне, а то загремишь по полной программе. Серега, что там, все чисто? — крикнул мент напарнику.

— Здесь ничего. Поехали дальше.

Менты вышли из квартиры и спустились вниз. Володя выглянул в окно — один из них подошел к припаркованной рядом «Ладе» и взял на руки кота, лежавшего на капоте автомобиля. Погладив животное, он положил его обратно. После чего закурил, сел в машину, и менты укатили со двора.

* * *"

"— Маша, посмотри на него! Да он же еле на ногах держится. Дай ему оперировать Маркела, так он его зарежет и не заметит, — возмутился Ржавый, глядя, как хозяин наливает себе очередную стопку.

Маша виновато посмотрела на пацанов.

— Откуда я знала, что у него запойный период?

— Ну, чтоб ты знала на будущее, у алкашей такое случается, — со злорадством ответил — Ржавый.

Девушка закрыла лицо руками, надавила на глаза и сильно потерла. Усталость, безысходность и обида внезапно навалились тяжелым грузом, и от этого хотелось орать во все горло и биться головой о стену. Получается, что у Маркела не оставалось никаких других вариантов, кроме как ехать в больницу — фактически, прямо в лапы к ментам. Она представила, каким ударом будет эта новость для Яны. Конечно, сразу Маркел не умрет — уколы для восстановления кровопотери и обезболивающее делали свое дело. Но пуля была в животе человека. И, судя по повышению температуры, началось заражение. Во всем будет виновата она сама, глупая Маша, и этот дурацкий план. Чем она думала, когда предлагала ехать через полгорода к одинокому алкоголику?

— Хватит ругаться, — сказал Дикий. — Сейчас некогда разбор полетов устраивать. Валим отсюда.

— Подождите! — остановила их Маша. — Дядя Володя, где все препараты лежат?

— Часть вон там, в серванте, а часть в холодильнике.

Девушка бросилась к шкафу, достала оттуда большую коробку и принялась рыться в горе упаковок, бинтов, баночек, ампул.

— Есть! — радостно воскликнула она, держа в руке ампулу.