Контрольный поцелуй

Что касается вопроса о личности, оставившей вам капитал, то, к нашему сожалению, она пожелала остаться инкогнито. Завещатель особо настаивал на выполнении данного пункта. Примите заверения в нашем глубоком уважении. Мэтр Роже Кассис, адвокатская контора, Марсель, улица Акаций, 7. Т. 88699964».

– Ты что-нибудь поняла? – спросил вконец обалдевший Андрюшка, когда я закончила переводить.

– Не очень. Вроде кто-то оставил Лиде деньги по завещанию, а она решила передать их тебе после своей смерти. Только никак в толк не возьму – что за тяжелое состояние здоровья имеет в виду адвокат. Лидушка что, чем-то болела?

– Нет, – ответил Андрей. – Всегда отличалась отменным самочувствием. Интересно, кто завещатель?

– Инкогнито, – напомнила я.

– Такое возможно?

– Запросто.

– Даже адвокат не знает?

Я пожала плечами. Надо у Кеши спросить, он хорошо ориентируется в юридических крючкотворствах.

– А много ли денег?

– Не пишет.

Андрюшка в волнении забегал по комнате.

– Надо же, оказывается, Лидия имела от меня секреты.

«И не только денежные!» – подумала я.

– Нет, все-таки интересно, какая сумма, – ажиотировался Артамонов, – и кто оставил?! Родственников у нее практически нет, а те, кто существует, бедны, словно церковные мыши. Очень интересно…

– Можно позвонить в контору, – предложила я.

– Гениально, – Андрюшка всучил мне трубку. – Действуй!

Мы отыскали в справочнике код Марселя, и протяжные гудки застучали в ухо. Наверное, все ушли домой. В Москве сейчас девять вечера, значит, во Франции – семь. И тут откликнулись:

– Алло.

На меня словно пахнуло чесноком, специями и необыкновенно вкусным рыбным супом буайбес, который варят в этом портовом городе."

"– Говорите, – продолжал голос с неистребимым южным акцентом. – Мэтр Кассис у аппарата.

Мы болтали минут десять. Не понимавший ни слова Андрей только хлопал глазами. Наконец я повесила трубку.

– Ну? – налетел на меня приятель.

Я пожала плечами.

– Не хочет ничего сообщать по телефону, только подтвердил, что Лидуше завещана крупная сумма.

– Господи! – в нетерпении завопил Андрюшка. – Ну как же узнать подробности?

– Ехать в Марсель и разбираться.

Артамонов хмыкнул.

– Это ты, французская гражданка, можешь хоть завтра в Париж лететь, а мне визу почти месяц ждать.

Я в задумчивости повертела письмо в руках. И в самом деле, интересно. Единственный человек, способный прояснить ситуацию, – Лида. Но она без сознания в палате реанимации.

ГЛАВА 13

Рано утром во вторник я вылетела в Париж. Недоверчивый Аркашка лично довез меня до Шереметьева и глядел вслед, пока мать проходила таможенный контроль. В аэропорту Шарля де Голля села в такси и через полчаса оказалась дома.

– Мадам, – кинулась ко мне экономка София, – страшно рада вас видеть.

– Взаимно, София.