Поцелуй из прошлого

— Я не имел права противиться или спорить, — продолжил он приглушенным тоном. Его взгляд прояснился. — Я не имел права забывать о своем происхождении и действовать с безрассудством, присущим другим парням. Я был обязан всегда думать сначала о наследии Ди Марко и только потом — о своих собственных потребностях и желаниях. — Он пожал плечами. — Если я забывался, обязательно находился кто-нибудь, кто напоминал мне о том, как я должен себя вести. Особенно усердствовал мой отец, который использовал любые необходимые средства.

— Какое жестокое воспитание. — Бетани не могла смотреть на Лео, так как боялась, что сделает то, чего ей делать не следовало. Например, обнимет Лео и начнет его успокаивать. — Ты был ребенком, а не крошечным роботом, запрограммированным в соответствии с набором архаических требований!

— Мой отец не хотел ребенка, — спокойно сказал Лео. — Ему был нужен очередной наследник рода Ди Марко.

Казалось, Бетани не найдется что ответить на такое простое, но разрушительное заявление Лео. Его слова повисли в воздухе, словно виноградные лозы, мимо которых они шли, поднимаясь на холм.

Бетани не могла заставить себя говорить, потому что боялась расплакаться. Хуже того, она не была до конца уверена, что за эмоции ее сейчас переполняют. Она лишь осознавала, что теперь ей становится понятным многое из того, что было непонятно прежде. Однако она не могла озвучить свои ощущения.

Она узнала правду о детстве Лео, и эта правда больно ранила ее в самое сердце.

Когда они добрались до вершины холма, у Бетани перехватило дыхание, но совсем по другой причине. Тропинка вывела их к прекрасному, овально-изогнутому озеру. Водная гладь сверкала как хрусталь в утренних лучах осеннего солнца. Пели птицы, сидящие в кроне деревьев, сладко пахла растущая вдоль берегов трава."

"— Красиво, — выдохнула Бетани, и снова на ее глаза навернулись жгучие слезы. На этот раз она никак не могла понять, почему за полтора года жизни в замке не узнала о том, что за холмом находится такое чудесное озеро. Как такое было возможно? У нее возникло странное, головокружительное ощущение, будто все, что она знала прежде, теперь воспринимается ею под другим углом зрения.

— Моя мать могла стать художницей, — сказал Лео глубоким, неотразимым, бархатистым голосом, похожим на виски и шоколад. Отсутствующим взглядом он посмотрел на идиллическую картину перед собой. — Если бы не удосужилась стать княгиней Ди Марко. Когда она родила моему отцу необходимого наследника, он подарил ей это озеро в знак признательности за оказанные услуги. — Лео скрестил руки на мускулистой груди, отчего ткань черной футболки сильнее обтянула его бицепсы.