Греховный поцелуй

Временная свобода в обмен на помощь в достижении ваших личных целей.

— А разве это не то же, что соглашение с леди Стентон?

— Это было ужасное соглашение. Я бы предпочла нищую жизнь на улицах Лондона. — Мисс Пембертон смотрела на него с недоверием. — Но вы не лучше ее.

Гэвин пожал плечами:

— Яникогда не претендовал на то, чтобы казаться лучше других. Но не намерен ждать, когда меня повесят за преступление, которого я не совершал. А для этого мне нужна ваша помощь. Ну как, по рукам?

— И чего вы хотите от меня?

О, это уже был прогресс!

— У вас, мисс Пембертон, есть бесценный дар. И я бы предпочел, чтобы вы использовали его к моей выгоде.

— Все этого хотят, — пробормотала Эванджелина.

— Вы охотно и добровольно шпионили за мной. Вы старались проникнуть в мое сознание. Без моего согласия. Против моей воли. Конечно, я могу потребовать компенсации.

— Я не шпионила за вами.

Эванджелина скрестила руки на груди и вперила в него гневный взгляд.

— Я не могу. К тому же у вас нет оснований гневаться. Разве вы не просите меня сделать то же самое в отношении других?

— Я… предположим, это так.

На мгновение желудок Гэвина будто обожгло, но желание избежать виселицы было сильнее раскаяния.

— Так вы согласны? Вы поможете мне доказать мою невиновность в обмен на временную свободу?

— Нет. — Она сжала руки под грудью. — Если речь идет об условиях, то я согласна на неограниченную свободу в обмен на мою помощь.

— Мистер Пембертон — ваш законный опекун, — напомнил ей Гэвин. — Я не могу держать вас здесь вечно.

— Я и не хочу оставаться в обществе самовлюбленного эгоистичного шантажиста дольше, чем это будет необходимо, — произнесла она. — Как только я выполню наши условия, я хотела бы получить деньги, чтобы купить билет на почтовую карету и уехать, куда мне вздумается.

Гэвин смотрел в упор на разгневанную молодую женщину по другую сторону разделявшего их письменного стола, удивленный тем, что она застала его врасплох и поставила в тупик своим ответом. Конечно, у нее не было желания оставаться здесь. Она хотела покинуть его. Навсегда. Как и все остальные. Как он мог вообразить что-то иное?

И он кивнул.

— Вполне справедливо, — заметил он тихо. — Но я не настолько жесток, чтобы отправлять вас в почтовой карете. Я дам вам коляску, а если вы ее не примете, то по крайней мере позвольте нанять для вас экипаж, куда бы вы ни собирались ехать. И вам понадобятся деньги на первое время, пока вы… не встанете на ноги.

Пока он смотрел на нее, вся кровь его заледенела. Самым обычным источником доходов для молодой девушки, оказавшейся в одиночестве на улице, была работа лежа на спине, а не стоя на ногах.