Любовь без поцелуев (СИ)

– Макс, а проставиться перед отъездом?

– С чего бы?

– Да ладно тебе, чё ты? Мы тут к тебе по-хорошему…

– Вы ко мне по-хорошему?

– Да ты, блядь, не знаешь, как оно по-плохому! Вон, у Сатаны спроси, как по-плохому… Он умеет…

Я умею.

– Ну и как же ты умеешь по-плохому?

– Тебе лучше не знать.

– Зато я знаю, как ты умеешь по-хорошему… Будешь мне звонить?

– Нет.

– А писать?

– Нет.

– Ну, хочешь, я буду тебе писать? Хочешь? Каждые три… Два дня?

– Нет, – у нас тут полно тех, кто писем ждёт из дома. Сидят, такие, каждый раз, как почту привозят, глядят с надеждой… Тьфу, смотреть противно. Я никогда ни писем не ждал, ни звонков, ни того, что кто-то приедет. – Нахуя?

– Ну…

– Баранки гну! – мы сидим у него, Макс копается в своих вещах, что-то раскладывая, – бардак у него страшный. Я верчу в руках флакон с его туалетной водой. Интересный – круглый, широкие полоски – чёрные, узкие – прозрачные, серебристые. Хрен пойми, как называется…

– Райв Гауч… Или Гауш..

– Рив Гош! Это по-французски… Нравится запах? Мне тоже. Не люблю сильно свежие такие, типа, «солнце, воздух и вода», это для пляжных блондинов…

Блядь, Макс, ну, что ты несёшь! Открываю флакон, нюхаю. Странный запах, конечно.

– А другой?

– Какой другой? – он отвлёкся, посмотрел на меня."

"– Который по-другому пахнет, такой… – я покрутил рукой в воздухе, – холодный.

– Ну, блин, у тебя и обоняние, я его раза три и использовал! – Макс достал другой флакон, попроще. Изогнутый, голубенький такой, с синей крышкой. – Знаешь, а ну-ка…

И пшикнул в меня, я аж чихнул.

– Ёбнулся, что ли? А если в глаз?

– Ой, да не ной! Нравится запах? Забирай.

– А?

– Забирай-забирай. Он слишком холодный для такого горячего парня, как я. А тебе в самый раз, мне вообще он каким-то металлом отдаёт… Это мне подарил кто-то… Мой тебе совет: не дари людям парфюмерию, ошибиться – как нефиг делать… Мне однажды отцовская любовница презентовала какой-то одеколон, мало того, что он был для сорокалетних мужиков, так ещё и пах каким-то вареньем сладко-пресладко. Да, это тоже можешь забрать, – он протянул здоровый квадратный флакон, – если надо, я туда коньяк наливал. Надо?

– Давай. И ботинки свои давай с тайниками…

– А не охуел ли ты часом?

– Давай-давай, мне нужнее!

Макс копается, бормочет себе под нос, что вещей стало в два раза больше, и вообще – нахуя ж он столько всего взял. Он снял рубашку, сейчас в свитере, теперь тёмно-красном, под горло. Ну, ещё бы, там всё чуть ли не до подбородка в пятнах, синяках, укусах, засосах… У меня тоже найдётся, но не на шее, конечно. В душ с парнями мне теперь долго не ходить, да и похуй.

– А это? – он достаёт ножик, который я тогда выиграл. Эх, не смог удержаться, от холодняка меня тащит просто безумно, хоть и знаю, что может быть.