Любовь без поцелуев (СИ)

Он доел сосиску и встал из-за стола. Я пошел за ним.

- Ты чего?

- Я? Ничего? Он спросил – я ответил. Культурно поддержал застольную беседу, так сказать. Что там у нас с первым уроком? Русский?

- Ага? Мы вчера ведь забили на домашку.

- Да – Макс посмотрел мне в глаза – мы вчера.

Я уже почти предложил послать уроки, пойти куда-нибудь, посидеть вдвоём, просто посидеть…

- Эй ты, Стас-пидорас!

Я не сразу въехал, что это мне. Это как надо жить не хотеть, чтоб меня пидорасом обозвать?

- Ты, Комнин! Ты чё, глухой или тупой? Сила есть, ума не надо, да?

О, знакомый фейс.

- Ну здравствуй, Снегурочка. Что, мозги вчера отморозил?

- А чё, в одного ссышь со мной разобраться?

Сам пострадавший, кстати, стоял далеко не один. За ним жалось человек так пять-шесть. Пара похоже, тоже новенькие. Остальные наши, из тех самых, безмозглых. Одного, я кстати узнал. Мы его тогда в сетке повесили в спортзале. Это что, бунт на корабле? Макс до того же додумался, похоже.

- Вау, да это же команда крейсера «Авроры»!

- А?

- Революцию, Стас, они пришли делать революцию. Сколько же можно людей тиранить?

- А вот это посмотрим. Эй, ребёнок? Хочешь быть избитым – будь им. Сегодня вечером. Где и когда тебе скажут. Всё по-честному. До вечера рыпнешься – будешь очень несчастным идиотом.

- А чё так, думаешь, ты к вечеру сильнее станешь?

- Нет, малыш, просто у меня до вечера дел полно, не хочу, чтоб ты мешал. Макс, пошли, сейчас звонок будет.

Мы шли, а они орали нам в след «Педрилы»! Я тихонько радовался. Интересно, с чего этот тип на меня полез? Карате что ли какое-то знает? Ну-ну, мы это проходили. Я когда дерусь, я боли не чувствую, мне его карате до одного места. И Азаев вернулся. Смертник. Он сто процентов смертник.

И Макс тут.

- Мда, весёлая жизнь. Вы какие-нибудь другие занятия, кроме разборок между собой, найти не можете?

- Какие другие? В шахматы, что ли, нам играть?

- Нет, серьёзно, зачем нужно всё время искать повод подраться? Знаешь, какой девиз был у хиппи? «Занимайтесь любовью, а не войной!»

- Дурак он был, твой Хиппи.

- Да, у тебя все дураки, кроме тебя.

Урок начался, я, как обычно, не слушал училку, всё смотрел На Макса. В голову лезло всё про вчерашнее, про душ. Меня это заводило дико, приходилось вспоминать – картон-бормашина-иголка – чтоб остыть. Макс тоже думал о чём-то своём, рисовал что-то на листке бумаги. Просто какие-то кривые линии. Потом он что-то подштриховал, что-то обвёл, сверху нарисовал полумесяц, и я понял, что это город. Точнее крыши, трубы, балконы, окна… Всё какое-то покосившееся, растянутое. Наверно это старый город. Может быть даже в Европе, где я никогда не был. Училка что-то вякнула про то, что у нас тут вроде как не рисование, я думал, что прибью её. Макс листик спрятал, но потом достал, снова и принялся рисовать дальше.