Любовь без поцелуев (СИ)

Или что её так мало останется, что я встать не смогу.

Но вот Макса я точно не боюсь. Ну, что он мне может сделать? Уж скорее я ему…Но почему же так, почему… Я вытянулся под душем, с удовольствием разминая спину. Дурацкая кровать в карцере. Блин, у меня в жизни когда-нибудь будет кровать по моему размеру? Даже моя в комнате летом была нормальной, а теперь я потянусь – и то пятками, то башкой упираюсь в спинки.

Нет, не боюсь я Макса. Наоборот, он… Он классный. Как парень. Ну, как друг мне. Да вот только ни к кому из моих друзей так взгляд не липнет постоянно. Нет, я, конечно, люблю посмотреть на Вовчика, когда он качается. И на Игоря, когда он раздевается перед сном. Ну, и вообще – на физ-ре там, в душе. Где есть на что посмотреть, конечно. Но Макс… Ну, всё с ним не так! Не понимаю, как. Я все каникулы от этого ошалевал – просто не мог без него. Смотреть на него, разговаривать с ним. Просто слушать, что он говорит, даже если он всякую хуйню толкает. Хотелось сделать для него что-нибудь такое, чтоб он удивился, чтоб он на меня смотрел и говорил: «Круто, Стас, ты вообще крутой!» Я думал – вот побольше в покер денег выиграю – и надо будет Масе заказать хорошей жрачки, всякой вкусной. Настоящего мяса там, туда-сюда.

Тут одно местечко есть. Между двух стен листами жести и оргалита огорожено. Там круто – когда ремонт делали, мы, этим летом, типа скамеек что-то сколотили, карниз из кусков рубероида, старых кирпичей набрали – теперь там можно шашлыки жарить, сосиски, картошку печь. Это, конечно, запрещено, но не для одиннадцатиклассников – к ним ни сторожа, ни дворники не суются, особенно ко мне. Туда залезть непросто, кто попало не шляется. Я и шампуры смастерил – из кусков толстого провода, на нашем станке, между прочим. Посидели бы там, как-нибудь, тесной мужской компанией – я, Макс, Игорь и Вовчик. Чтоб Макс не дёргался от тупых подъёбок на пидорские темы. Он ведь не пидор, стопудово не пидор.

Я вытирался и продолжал думать. Что делать? Сейчас я вытрусь, оденусь, выйду из душа – ну, и встречу Макса там. И что дальше? Ничего ведь такого не было. Какого, блядь, такого? Что это, вообще, такое было? Ничего не было. Если со стороны смотреть. Ну, просто… Повело меня. И Макс? А чёрт его знает, он такой весь, такой, совсем не такой, как другие…

Твою мать, я запутался!

Чтоб немного расслабиться, я решил подумать о чём-то более простом, понятном и приятном – о том, что я сделаю с некоторыми людьми за подставу с ножиком. Так, Азаев, первым делом. Кстати, почему это его дружки Таримов и Асланбек в сторонке стояли? Поссорились? Надо выяснить. Директор. Физрук. Татьяна Павловна до кучи. Надо придумать, как бы их порадовать. Да и вообще, что-то народ совсем страх растерял в последнее время, пока я там своими делами занимался.