Побег при отягчающих обстоятельствах

 – Ничего тебя не разбудит, даже побег через бельевое окно.

Надев рюкзак и взяв Степку на руки, она двинулась к забору. Выйти через ворота, естественно, нельзя, они охраняются, но, как обычно, для большинства больниц, в заборе имелась рукотворная дыра, через которую посетители сокращали путь от автобусной остановки к корпусам. Вика провожала маму именно к этой дыре, которой и воспользовалась сейчас без всяких осложнений.

– Полвторого. Хорошо, – посмотрев на часы, порадовалась она.

Этот район Москвы Вика знала очень хорошо: на соседней улице жила ее подруга Ольга, с которой они в детстве облазили вдоль и поперек как эту местность, так и тот район, где жила с родителями Вика. Пройдя через переулок, она вышла на соседнюю улицу и почти сразу поймала такси.

«Теперь все будет хорошо! – уговаривала себя Вика. – Раз я смогла выбраться и такси поймать, значит, все будет хорошо!»

Таксист, к счастью, оказался неразговорчивым и, спросив, куда ехать, так и молчал всю дорогу, за что Вика была ему очень благодарна.

Она вдруг осознала, что дрожит мелкой противной дрожью, начинающейся откуда-то изнутри и распространившейся по всему телу. За все свои тридцать лет ей не приходилось испытывать ничего подобного. Она подняла руку, растопырила пальцы, с удивлением рассматривая дрожащую ладонь, перевела взгляд на спящего у нее на руках сына, которому передавалась ее дрожь, такой сильной она была.

«Да что же это такое?!»

Она несколько раз сжала и разжала кулаки, стараясь справиться с дрожью.

«Это просто страх! Страх в чистом виде, вернее, запоздалая реакция на него, „отходняк“, как сказала бы Ольга! Нет, нет, нельзя мне так бояться! Не сейчас! Давай, Шалая, соберись! Думай, что дальше делать! Очень хорошо думай!»

Вика позвонила в дверь и стала нашаривать ключи в кармане. Мама не Степка, и спит она весьма чутко. Чтобы не напугать ее ночным «вламыванием», когда будет открывать дверь, она и позвонила.

Она еще ковырялась в кармане, доставая ключи, когда замок щелкнул и дверь распахнулась.

– Олег Николаевич! – обрадовалась Вика и переступила порог. – Вы же на выставке в Швейцарии.

– Был, – ответил он, забирая у нее из рук Степку. – Но когда Вера рассказала, что у вас здесь происходит, бросил все и прилетел.

– Это замечательно! Вы даже не представляете, как это замечательно!

Вика сбросила рюкзак, перегнулась через Степку и поцеловала будущего отчима в щеку и чуть не расплакалась от облегчения и радости.

Мама познакомилась с ним на какой-то там выставке, куда затащила ее подруга, тетя Галя, которая где-то достала пригласительные на две персоны. Олег Николаевич был архитектором, и довольно известным, и выставка, на которой они встретились, соответственно, была архитектурная.