Побег

Но начало разговора с Колей его смутило: он готовился к другому… Коля почему-то пустился в долгий рассказ о ситуации в Москве и Петербурге, о тайной войне между банками, о трудностях экономического развития в постсоветской России, о противостоянии «молодых реформаторов» и «старой гвардии».

– Граница между правоохранной работой и преступностью у нас всегда была как бы размыта – преступники на поверку оказывались вовсе не преступниками, а внедренными сотрудниками органов. А вот сотрудники органов, увы, порой бывали уличены в связях с уголовным миром. Хотя тщательно это скрывали… Или пытались скрыть. Иные даже умудрялись дослужиться до высоких должностей – тюрьмами, колониями руководили!

После этой фразы Коля сделал паузу. Он явно ждал реакции Беспалого. Александр Тимофеевич похолодел – Коля безусловно знал о тайне его отца, Тимофея Беспалого, бывшего участника шайки Муллы и отсидевшего за это срок в далеких тридцатых. Но почему он об этом вспомнил? Беспалому вдруг вспомнился недавний разговор с покойным Муллой – старик тоже брал его на испуг, рассказав странную и страшную историю о воровской юности Тимохи Беспалого. «Круто парень завернул. И методы знакомые, как будто у меня учился, падла. Ну что ты дальше запоешь, Коля?» – подумал Беспалый.

– Жизнь – странная штука, Николай Иванович, – заметил Беспалый. – Она бросает человека так, что иногда и сам толком не разберешь, что с тобой происходит. Но главное – это знать, чего ты хочешь в этой жизни. Чего от тебя ждут. Главное – что у тебя за душой.

Коля улыбнулся.

– Так-то оно так. Да ведь как докажешь, что у тебя за душой именно то, а не это. Кстати, как здоровье вашего батюшки?

– Спасибо, не жалуется, – коротко ответил Беспалый.

– А Мулла, значит, отдал Аллаху душу? – «Откуда знает, гад? – пронеслось в голове у Александра Тимофеевича. – Неужели у него и на моей зоне стукачки имеются?»

– Убит старик. В перестрелке.

– Что-то у вас там, я смотрю, вся головка криминального мира перебита – Мулла, Варяг, Щеголь… Как будто там у вас снайпер орудовал.

Беспалый промолчал и решил сменить тему.

– Скажите, вы ведь меня не за этим сюда пригласили, Николай Иванович? Неужели смерть какого-то вора – такое уж важное дело, чтобы о нем надо было говорить вдали от посторонних глаз и ушей?

Лицо Коли окаменело – и Беспалый понял, что ляпнул глупость.

– Александр Тимофеевич, смерть Заки Зайдуллы важна хотя бы потому, что он был, как я понимаю, последней ниточкой, связывающей вас с преступным прошлым вашего отца. Конечно, в архивах остались документы – материалы суда, личное дело Тимофея Беспалого и прочее. Но вот в вашем личном деле никаких упоминаний о связях вашего отца и вора в законе Муллы нет. А ведь особисты должны были бы об этом знать.