Побег

В кабинете начальника городского отдела внутренних дел, помимо полковника Лукашенко, сидели два мужичка – один высокий и тощий, другой упитанный и коротконогий.

– От, полюбуйся, Александр Тимофеич, – вместо приветствия бросил вошедшему полковник Лукашенко. – Доставили ко мне сегодня утром вот этих горе-туристов. Хлопцы перепуганы до смерти, говорят, что еле ноги унесли из лесу. На какого-то бродягу нарвались. Сами-то живы остались, а вот дружка их тот бродяга убил.

– Лихая история! – поднял брови Беспалый, – И где же это произошло?"

"– Да в общем-то в зоне твоего влияния! – покачал головой Лукашенко. – Утес знаешь? Километрах в восьмидесяти на север от твоей колонии. Там еще сливаются речушки Стылая и Рыська.

– Ну знаю, – мрачно слушал Беспалый начальника ОВД.

– Есть там охотничий домишко заброшенный, прямо около Рыськи. Так вот хлопцы с неделю тому в этом домишке расположились отдохнуть, порыбачить, а вчера к ним из лесу пожаловал непрошеный гость. Вот я и думаю, уж не от тебя ли пожаловал? – и полковник Лукашенко вопросительно взглянул на Беспалого.

– Погоди-погоди, Сергей Сергеич, – с тревогой в голосе пробормотал Беспалый. – У Рыськи? Так ведь это ж действительно километров восемьдесят будет от колонии… За болотами… Черт! – И он резко обратился к тощему:

– А как выглядел тот человек? Тощий, поглядывая на Лукашенко, торопливо заговорил:

– Здоровый, волосы светлые, плечищи широченные. С автоматом на нас попер. На Коляна, то есть. Мы-то с Пашкой, – он мотнул головой в сторону кореша, – рыбачили как раз. Возвращаемся и видим: мужик этот Коляна на мушке держит. Хотел стрельнуть. Но осечка вышла. Автомат-то у него не заряжен оказался. Тогда он Коляна ножом пырнул. Прирезал, гад, на месте. На наших, можно сказать, глазах. Потом откуда-то пистолет достал. Стал угрожать. Пашку вон по голове шарахнул прикладом. Мы думали, нам кранты. Но, слава Богу, обошлось. Мужик жратвы потребовал, мы ему полный пакет напихали – он и отвалил.

– А кто, откуда – не говорил? – занервничав, спросил Беспалый.

Тощий пожал плечами.

– Видно, издалека шел. Весь в крови. Бок у него порван был. И плечо вроде… То ли ножичком его искромсали, то ли на сук в лесу напоролся – хрен его знает. Вообще мужик здоровый, видать, но шибко уставший, из сил выбившийся. Издалека шел.

– А откуда ты знаешь, что издалека? – как бы невзначай поинтересовался Беспалый.

– Да весь какой-то чумазый, исхудавший, обувка перепачканная то ли в тине, то ли в черноземе – в тех-то краях, где мы остановились, земля светлая, сухая. А у него на сапогах налипло по пуду грязи. Издалека шел мужик. Точно говорю. И одежда на нем была – тряпье какое-то, все рваное, будто кто ему нарочно все изодрал. Он Коляновы шмотки взял, переоделся.