Побег из страны грез

– Да чего уж там, – махнула Инга рукой, выпрямляясь.

– Так… что скажешь? – прерывающимся голосом спросил он.

– Повтори, я не расслышала.

– Издеваешься, да?

– Мщу за то, что ты меня чуть не утопил. И за то, что так неожиданно…

– Совсем… неожиданно? – закручинился Алексей, поняв для себя фразу так, что она вовсе не помышляла выходить за него замуж.

– Подловил в тот момент, когда я меньше всего ожидала услышать твое предложение. Ну и… так вот прямо.

– А как еще? – удивился он. – По-моему, надо все предельно ясно решать. Либо да, либо нет. Чего вокруг-то ходить… Знаешь же, что не умею красиво говорить. Я не поэт, если что, в стихах выражаться.

– Погоди, не обижайся, – засмеялась Инга, беря в ладони его раскрасневшееся лицо, на котором крыжовниками зеленели глаза с пушистыми, как у ребенка, ресницами. – Я все знаю – какой ты у меня не-поэт и не-романтик. Хотя в том, что не романтик, я уже сомневаюсь: такую прогулку мне устроил. По-моему, красивей места, чтобы просить руки, и не придумать.

– Это мне твой брат подсказал, – признался Чернов, потупив взгляд. – Я вчера с ним говорил… Хотел тебе дать просто это кольцо и спросить… Черт, а кольцо я в машине оставил! В «бардачке»!

Чернов в панике захлопал себя по карманам, и Инга, которую не к месту, видимо на нервной почве, разобрал смех, хихикнула.

– Это же надо, блин, – выругался Алексей, заливаясь свекольным цветом уже до ворота светлой футболки. – О, вот оно! Ты погоди смеяться… Погоди. Смотри, все по правилам: кольцо и все такое… Черт, Инга, ну я совсем не романтик! Не умею делать предложение. Скажи уж, да или нет? Чего меня мучаешь?

– Да, Чернов, – рассмеялась она. – Что я тебе еще скажу?

– Ты… рада?

– Рада? Нет, я не рада. Я счастлива. Счастлива так, как никогда еще в жизни не была!

* * *Наказание наступает тогда, когда ты его уже не ждешь, а начинаешь жить. Вот еще ты сразу после совершенного ощупываешь себя недоверчиво, недоумевая, как умудрилась выжить. И следующие дни не живешь, а пролистываешь в смиренном ожидании кары. Но время идет, и ничего не происходит. Ты расправляешь плечи, поднимаешь голову и перешагиваешь изо дня в день с крепнущей уверенностью. Даже начинаешь строить планы.

И вот тогда, когда за спиной вырастают крылья, а ты, подхваченная ветром, уносишься ввысь, тогда и обнаруживаешь, что крылья даны, чтобы вознести тебя как можно выше ради того, чтобы падение оказалось сокрушительней. Кто-то летит вниз камнем, кто-то опускается медленно, кружа в потоках воздуха, как сорванный с дерева лист. Но конец все равно один."

"Вначале теряешь чувство радости. Планы кажутся нелепыми и провальными, завтрашний день видится размытым, а прошлое, напротив, все ясней проявляется в памяти.