Маршал Победы. Освободительный поход «попаданца»

Особенно теперь, когда их «создатель победы» лежит в госпитале с инфарктом.

– Тухачевский? Естественные причины?

– Да. Слухи ходят очень разнообразные. Но, скорее всего, он просто переутомился. По крайней мере, Берия лично курирует его лечение и требует ежедневных докладов врачей.

– Надолго эта болезнь?

– Надо полагать, что на пару месяцев минимум. И это может сыграть нам на руку. Ведь если верить немецкой разведке, с этим самым Тухачевским что-то совсем не так. Вполне возможно, что его каким-то образом… изменили.

– Вы верите в эту чушь? – раздраженно фыркнул Черчилль.

– При всем уважении, это не чушь, сэр, – согласился с министром обороны лорд Иден. – Мы проверили выкладки немецких коллег и… Полагаю, что русские действительно владеют какими-то секретными ресурсами. Иначе объяснить достаточно резкое и немотивированное изменение их внутренней и внешней политики не получается. Кроме того, мы скрупулезно изучили жизненный путь Тухачевского и более чем уверены в том, что его либо подменили, либо серьезно… эм… модернизировали. Он изменился самым радикальным образом.

– И что с того? Ну изменился? С кем не бывает?

– Мы очень зря недооценивали его роль в событиях, происходящих в Советском Союзе последние несколько лет. – Лорд Иден хмыкнул. – Уже шестой год он прикладывает колоссальные усилия к тому, чтобы изменить ситуацию в своей стране в лучшую сторону. Вы ведь не в курсе, что он являлся одним из главных инициаторов проведения съезда ВКП(б) в тридцать седьмом году именно в том формате, в котором он и прошел.

– Бред, – покачал головой премьер-министр. – Вы хоть отдаете себе отчет в том, что говорите? Какой к черту съезд? Какое отношение имел к нему маршал?

– О! Очень большое. Он был одним из ключевых игроков внутреннего политического процесса в Союзе. Приложил руку к огромному количеству новшеств и преобразований. Просто человек-оркестр какой-то. Хотя, конечно, держался в тени и старался сделать все, только бы никто не заметил его участие. Некоторые факты мы едва ли не чудом узнали. Например, его причастность к ряду изобретений.

– Вы в своем уме?! – раздраженно прервал его Черчилль. – Какие еще изобретения? У него нет никакого образования и опыта в этом деле. Это чистой воды дезинформация!

– Отнюдь. Потеряв возможность работать с НКВД изнутри, – невозмутимо продолжил лорд Иден, – мы стали собирать сведения из относительно открытых источников. В частности, втерлись в доверие к ряду высокопоставленных конструкторов и инженеров.

– И НКВД это допустило?

– Женщины… они всегда были слабым местом мужчин, – усмехнулся лорд Иден. – Так вот эти любовницы, поддерживая ненавязчивые отношения с объектами изучения, тщательно фиксировали косвенные сведения.