Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Я бы на месте Шернера решил – оставить в Париже один из корпусов, выбрав наименее мобильный и понесший наибольшие потери; жестоко, но это единственная возможность сохранить хоть часть войск, имеющих реальную боевую ценность. И по некоторым данным – уточнение ожидается, – немцы так и поступили. Если так, то предполагаю, что один из танковых корпусов и парашютистов с остатками пехоты им все же удастся вытащить, хотя потери в технике ожидаю на уровне девяноста процентов, все поврежденные машины придется бросать, ну а личному составу, оставшемуся без транспорта, спасаться по возможности. В то же время добивание союзниками группы Шернера, Седьмой и Седьмой Танковой армий дает очень хороший шанс нашему другу Роммелю уйти за Рейн – его дивизии гораздо южнее, воздействие союзной авиации на том маршруте намного меньше. Причем «преторианцы» Роммеля – танковый корпус «Тропик» (15-я и 21-я танковые дивизии), 999-я пехотная, 1-я и 4-я парашютные, уже в Германии – что, собственно, и позволяет перейти к нашему плану. Но замечу, что у союзников уже должна наступить оперативная пауза, так что при желании продолжать войну, немцы будут иметь время для организации обороны по германо-французской границе. Тем более что в нашей истории они в гораздо меньшей степени успели разоружить укрепления линии Зигфрида, ради Атлантического вала. Общий вывод – рейх еще имеет на Западе некоторые тактические перспективы. Стратегически же он уже безнадежно проиграл.

– И спор уже идет вокруг очертаний будущего послевоенного мира, – сказал Сталин, – и если «Большая рыбалка» удастся, это спасет жизни тысяч наших солдат. Товарищ Василевский, войска сумеют совершить бросок на глубину от двухсот до четырехсот километров за три-четыре дня, если сопротивление германской армии перед ними резко ослабеет?

– Второй Белорусский за четыре дня до Эльбы дошел, там еще двести километров, и упремся в голландскую границу. На юге будет труднее – но, думаю, справимся.

– Тогда, товарищ Берия, даю санкцию на «рыбалку». Не подведите. Надеюсь, что товарищи из «Рассвета» окажутся на обычной высоте. Под вашу ответственность!

Берия кивнул. И подумал, что в товарищах «из будущего» он не сомневается, а вот если фрицы подведут… Что ж, тогда он позаботится, чтобы эта сволочь Рудински, когда его удастся поймать, провел остаток своей жизни в лубянском подвале, делясь своими секретами. А Зейсс-Инкварт с Борманом гарантированно пойдут на эшафот со всеми прочими «Г».

Москва, 20 апреля 1944 года

По московским улицам шли немцы.

Не пятьдесят семь тысяч, как было в иной истории, тремя месяцами позже, а целых сто. Сто тысяч пленных, из числа взятых на Висле, в Восточной Пруссии, в Померании, в Моравии, в Австрии, в Италии – за последние два месяца.