Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Работа по опознанию захваченного объекта и проведения на месте съемки на пленку, чувствительную к тепловому излучению, может выполняться исключительно германскими офицерами-специалистами, подготовленными к выполнению указанной задачи.

Крайне желателен захват ранее описанной математической машины, но в крайнем случае допускается ее полное уничтожение (в отсутствие возможности точно идентифицировать соответствующую технику, все оборудование группы радиоосназ должно быть сфотографировано, части и детали, указанные в приложении к данным рекомендациям, следует забирать даже с обломков, после чего оставшиеся объекты подлежат максимально полному уничтожению).

Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. М., 1964 (альт-ист)

Двадцать девятого марта по вызову Ставки я прибыл в Москву, имея при себе план действий 1-го Белорусского фронта по операции «Румянцев» (взятие Берлина). Название, из нескольких предложенных, утвердил И. В. Сталин, заявив, что «раз этот русский полководец брал Берлин двести лет назад, то мы должны не посрамить его памяти».

Поздно вечером того же дня товарищ Сталин вызвал меня к себе в кремлевский кабинет. Он был один. Только что закончилось совещание с членами Государственного комитета обороны. Молча протянув руку, он, как всегда, будто продолжая недавно прерванный разговор, сказал:

– Гитлеровцы сопротивляются с отчаянием обреченных. Все еще надеются на почетный мир, с сохранением за собой не только германской территории, но даже и части завоеванного. Союзные войска во Франции, имея многократное превосходство, все еще не могут выйти ни к Парижу, ни к бельгийской границе. Фашисты ставят в строй всех, кого могут, мобилизуя даже шестнадцатилетних, в части ПВО. Это позволило им даже усилить свои группировки на всех важнейших направлениях против нас. Вот карта, смотрите последние данные о немецких войсках. Думаю, что драка предстоит серьезная…

Потом он спросил, как я расцениваю противника на берлинском направлении. Достав свою карту, я положил ее перед Верховным. По нашим данным, немцы имели здесь группу армий «Висла», включающую пять армий (три на фронте, с севера на юг – 11-я, 3-я танковая, 9-я); в ближнем тылу в районе Бранденбург-Брюк заканчивала формирование 12-я армия, из старших возрастов Гитлерюгенда и военно-спортивных организаций, учебных подразделений Армии резерва, выздоравливающих раненых и отпускников; на правах армии был Штаб обороны Берлина, имеющий в подчинении пять корпусов (10-й, 101-й армейские, особый корпус «Берлин», корпус РОА, корпус «Галичина»); двести батальонов фольксштурма проходили спешное военное обучение[111], всего 70 дивизий, в том числе девять танковых. Немецкая оборона опиралась на хорошо укрепленные рубежи, особенно сильные на зееловском направлении.