Морской Волк #07-09 - Врата Победы

И медицина была своя, что тоже в плюс – уже приспособленная под специфические проблемы со здоровьем, о которых врач в районной поликлинике мог и вовсе не знать. Так что жизнь выходит очень даже комфортная, если не слишком свободу любить!"

"А что есть свобода? Мое право решать то, в чем я лучше разбираюсь, здесь никто не ограничивает – судя по словам Лаврентий Палыча, совсем наоборот! Ну а то, в чем я не разбираюсь, пусть решают те, кому положено. К нашему «вольнодумству» в словах здесь уже все привыкли, при условии, что не при посторонних. В отпуск поехать, так думаю, не откажется Сталин сделать для нас (и экипажей уже здешних атомарин) дома отдыха хоть в Карелии (ягоды, грибы, рыбалка), хоть в Крыму (который еще никакой Незалежной не отдали, а теперь и хрен отдадут, даже своей же ССР). Зарплата у меня такая, что точно проблемой не будет и «Победу», и «Волгу» купить, когда их делать начнут. Единственно, как командир мечтал Париж увидеть, мне хотелось бы просто по Европе проехать, посмотреть, как там вживую – но будем реалистами, здесь скорее дозволят Кукурузнику генсеком стать, чем кого-то из нас выпустят за кордон. Ну и ладно, переживу!

Что там еще остается? Ах, да, на личном фронте. У нас женатые писем ждут, а кому особенно повезло, как командиру, могут и по ВЧ пообщаться – нет, не треп, но пара слов, что всё в порядке, и просто голос услышать – это очень много! Как я вчера с Курчатовым разговаривал, ну а после вдруг Настя:

– Сережа, возвращайся, жду!

Не иначе от Лазаревой замечание получила – вот не поверю, что в меня может двадцатилетняя влюбиться, как в какую-нибудь телезвезду!

– Дурак ты, Серега, – говорит Петрович. – Конечно, кто знает, что у этих женщин на уме? Но ты пойми, в этом времени защитники Отечества, да еще с нашими заслугами – куда выше стоят, чем у нас были всякие там киркоровы и джигурды. И мужиков на войне повыбило – так что не удивляйся, что женщины на нас так смотрят; и народ еще не развращен квартирным вопросом. Ты, главное, понять постарайся, она играет или искренне – если второе, то отчего бы и нет? Мне вот Елена Прекрасная сказала – не знает она, откуда мы, и думает, я Галю свою на этой войне потерял, ну как часто здесь – сорок первый, отступление, она там осталась. Так сказала мне Елена: «Если ваша жена живая найдется, я уйду и слова не скажу». И слезы у нее на глазах – а всегда такая бой-баба, хохотушка. Я ей, что стар уже для тебя – а она улыбается: «Так, Иван Петрович, это куда лучше, когда муж старше, уже крепкий хозяин, а не парень безусый – у нас на севере всегда было принято так».

Сидим в кают-компании, пьем чай. Князь, третий за столом, тоже слово вставляет:

– А в самом деле, чем плохо? Если назад, в свое время, мы уже не вернемся.