Тайная победа

Джессика увидела открытые шкафы и удивленно глянула на него, прикрывая зевок ладонью.

– Ты что-то искал? – спросила она, садясь на кровати и стыдливо придерживая покрывало на груди.

– Да. Твои платья, – ответил Саймон, не в силах отвести от нее глаз.

Джессика указала на второй шкаф. Тот, в котором висели шесть ее платьев.

– Нет. Твои наряды для выхода в свет. В которых будет прилично появиться на балу у Милбанков.

– Это все, что у меня есть. – Джессика выпрямилась и прижала колени к груди, разглядывая жалкое содержимое шкафа.

Саймон в изумлении смотрел на нее. Он вспомнил, как его жена попросила выделить на свое содержание несчастные пятнадцать фунтов в месяц. Джессика Уорленд, графиня Норткот, одна из самых богатых женщин в Англии, имела всего лишь шесть платьев, ни в одном из которых нельзя было показаться на публике.

Обычно Саймон хорошо контролировал эмоции, но сейчас стал закипать.

– И какое платье ты собираешься надеть на бал в пятницу? – спросил он, стараясь держать себя в руках.

Джессика почувствовала его настроение. Ее глаза вспыхнули.

– Если я туда поеду, то надену темно-синее платье. Оно самое новое.

– Это твой лучший наряд?

– Да. Когда я появляюсь в обществе, то сажусь куда-нибудь в угол, чтобы меня никто не замечал, и быстро уезжаю домой. Потому мне не нужен дорогой наряд.

Саймон поднял взгляд к потолку. Он с усилием выдохнул воздух сквозь плотно сжатые зубы.

– Значит, в этом платье я буду представлять свою молодую супругу обществу? – проговорил Саймон.

Джессика замешкалась, но ответила:

– Я пока вообще не решила, поеду на бал или нет.

– Не решила? – переспросил Саймон, не веря своим ушам. Раздражение просто разрывало его изнутри. Неужели Джессика не понимает, что занимает определенное положение в обществе, которое не только дает привилегии, но и накладывает обязательства? – В этом случае ты не можешь ничего решать. У тебя есть только один путь – ехать на бал.

Джессика прочитала по губам все, что он сказал. Ее глаза загорелись еще ярче.

– Не нужно требовать от меня так много. Ты один принимаешь решения насчет нашего будущего. А страдаю от их последствий я. Это несправедливо.

– Я тебя не понимаю.

– Правда? Неужели ты думаешь, я не знаю, зачем ты на самом деле вытащил меня на прогулку по Гайд-парку? И ты добился чего хотел! Тебя позвали в два самых богатых дома Лондона, и это только начало. Скоро приглашения посыплются на нас дождем.

Она вздернула подбородок, но Саймон видел, как дрожат ее пальцы, обнимавшие колени.

– Можешь принять их все, – добавила его строптивая жена. – А я никуда не поеду. Потому что не обязана это делать.

Саймон, подняв брови, молча смотрел на нее. Черт побери, она правда ничего не понимала.