Северная корона. По звездам

 – Слух плохой?

– Хорошо, как скажешь, – отреагировала его соседка, убрала руку с его лица, но, чуть подумав – ее изящная кисть на две или три секунды задержалась в прохладном воздухе, – осторожно, даже почти нежно, что ей в общем-то не было свойственно, положила ее выше колена Ника почти на ладонь. – А так? Тоже убрать?

Ник стянул с глаз солнцезащитные очки, надвинув их на лоб, и хмуро посмотрел на нахалку. Та мысленно отметила, что его немигающие, серьезные глаза с радужками, похожими на пепел крематория, не слишком дружелюбны, но добрые и вежливые мальчики ей вообще не нравились – не было в них нужного перца. На то, что вокруг чуть расширенных зрачков Ника горят опасные светло-стальные огоньки, Лариса не обратила внимания.

– И так тоже, – не был настроен Ник на игры. – Сказал же – убери.

– Заставь! – рассмеялась она, как и всегда чувствуя свою победу. Перед ней редко кто мог устоять. Девушка пару раз провела ладонью по ноге парня, точно зная, что это должно его немного завести. Однако Никита не любил, когда его не понимают. Становившиеся более откровенными прикосновения пепельноволосой нахалки слишком сильно взбесили его, и уровень опасности в глазах Лже Игоря заметно превысил допустимую норму.

– Заткнись! – резко, не по-джентельменски, схватил ее за руку он. Маска была сорвана. Теперь можно было называть все свои словами, что Ник и сделал, сказав, что представительницы самой древней профессии его интересуют мало.

– Что? – не ожидала такой реакции от пай-мальчика Лариса. Ее зеленые глаза, обрамленные длинными ресницами, удивленно заморгали. Что с ним? Она почти в открытую предлагает ему поразвлечься, весело провести время, а он? Он вообще в порядке?!

– Не рискуй так. Закрой глазки и делай вид, что спишь.

– Ты что себе позволяешь? – попыталась вырвать руку из его пальцев девушка. – Идиот!

– Заткнись, – сжал Никита ее запястье так, что золото браслета с легкой болью впилось в кожу Ларисы, – я же сказал, что занят. Усекла? Усекла, я спросил?

– Ты кем себя возомнил? – прошипела девушка. Кларский не удостоил ее ответом. Он еще раз тихим голосом не без использования нецензурных выражений объяснил ей правила поведения в самолете рядом с ним.

– Поняла меня? – От его пальцев на ее руке вполне мог остаться синяк, но Ника это как-то не волновало.

– Да! – поспешила напуганная пепельная блондинка кивнуть. – Все, поняла, отпусти, отпусти меня.

Лариса оставила парня в покое, но его слов она почти не испугалась. А вот то, что аура вокруг ее соседа стала жесткой, стальной, ей очень не понравилось, и светловолосая красавица предпочла больше не тревожить этого симпатичного полудурка и оставить его в покое.