Северная корона. По звездам

– Кажется, он на следующей «documenta» участвует! – как-то невпопад поделилась информацией о любимом художнике Ника с сестрой, глазами, полными восхищения, рассматривая огромный двухметровый деревянный кособокий стул. На нем сидела крохотная зловещего вида куколка с глазами – их было почему-то целых три; третий помещался вовсе и не на лбу, а на ладони вытянутой вперед несоразмерно длинной кукольной руки. Над этой так называемой скульптурой парили в воздухе глиняные радужки самых разных размеров и цветов. Выглядело сие непонятно и мрачно.

– Что это? – опешила Марта.

– Documenta – выставка современного искусства, которая каждые пять лет проходит в германском городе Касселе, – тоном профессионального экскурсовода стала пояснять Ника, которая тащилась по всему необычному в художестве. Да, все же жаль, что она выбрала в свое время экономический факультет…

– Я не про выставку спрашиваю, – поморщилась Марта тем временем, – я спрашиваю, что это за жуть жуткая перед нами?! Что за гадкая трехглазая кукла? Где картины?!

– Началось, – выдохнула Ника. – Это «Принцесса, трон, глаза». Т. Радов, прочитай, название прямо перед тобой.

– Ужас какой, – поежилась впечатлительная Марта, оглядывая сей шедевр с неподдельным отвращением – ей казалось, что глазки смотрят на нее с укоризной. Столько укоризны ей было тяжело вынести. – По-моему, Т. Радов плохо лечился у своего доктора-психиатра.

– Ты совсем ничего в искусстве не понимаешь, дорогая моя. А картин ты тут не увидишь, я же тебе ясно сказала: это выставка-инсталляция, новый эксперимент Томаса, – покровительственно похлопала девушку по плечу Ника и повела сестренку дальше, вещая: – Инсталляция – это такая форма современного искусства, которая представляет собой пространственную композицию…"

"Впрочем, Марта ее и не особо слушала, оглядываясь по сторонам. Вот в углу обычная гостиная, и человек сует голову в огромный плоский телевизор, словно пытаясь залезть в него, а рядом стоит не менее обычный компьютерный стол, и из экрана торчат чьи-то руки, словно человек пытается вылезти наружу, да не может. Вот самая настоящая ванна с надписью «На искусство», в которой лежат… купюры разного номинала из разных стран, а из крана капает черная краска – самая настоящая! И многие купюры уже совсем грязные, испорченные… Марте даже жалко стало их, а многие останавливались и – нет, не брали деньги украдкой! – а подкладывали свои! У скрипачки глаза на лоб полезли, когда импозантный дядечка с молодой девицей под руку остановился перед этой композицией и… положил в нее пятитысячную купюру. У его спутницы сделалось такое страдальческое лицо, что Марта невольно ей посочувствовала. Зато Ника упоенно закивала, словно поняла что-то, и тоже полезла за кошельком.