По высшему классу

Он до конца дней готов есть в ресторанах и покупать готовую еду, уверял жену Спайдер, ведь он женился на ней не из-за ее кулинарных талантов — во всяком случае, не только из-за них — и уж, конечно, не для того, чтобы жить, как буржуа. И вообще, вопрошал Спайдер, чего ей не хватает, ведь оба они напрочь лишены того, что подразумевается под буржуазностью? Комфорта, отвечала Вэлентайн, размеренной жизни, ощущения надежности и защищенности. Вовсе не этого полубогемного существования, не постоянных разъездов и, уж конечно, не готовых к употреблению магазинных продуктов.

Впервые зрители смогли увидеть «Стопроцентного американца» в конце апреля 1979 года. Сьюзен Арви раздобыла копию картины для предварительного показа на вечере Женской лиги. Цена билета доходила до пятисот долларов. Подобного рода мероприятия, проводившиеся ежегодно и неизменно существенно пополнявшие фонды лиги, начинались, как правило, с официального ужина, за которым следовала премьера фильма, еще не получившего рекламы, не разжеванного критикой, но отнесенного уже к разряду самых значительных. Приглашения раскупили мгновенно, поскольку каждый, кто взял на себя труд прочитать роман — а в числе их оказались все, кто так или иначе следил за литературными новинками, — жаждал, естественно, увидеть и фильм, съемки которого проводились при столь скромной рекламе, что любопытство алчущих от этого только усиливалось.

Когда торжество было наконец позади, Сьюзен, собравшись смыть перед зеркалом макияж, поймала себя на том, что машинально до сих пор напевает мелодию из только что виденной ленты. Освободив от шпилек длинные, от природы светлые волосы, уложенные в пучок, чья элегантная простота неизменно выделяла ее в городе, полном женщин с крашеными, завитыми, взбитыми волосами, она тщательно изучала в зеркале свое отражение, вглядываясь в него столь же пристально, как и перед премьерой, — по неписаному, но строгому правилу ее макияж по возвращений домой должен был оставаться столь же безупречным, как перед самым выходом. Разочарование ее не постигло — в чем она, собственно, не сомневалась, хотя никогда не упускала случая лишний раз убедиться в своей привлекательности — столь совершенной и непогрешимой, что нередко и подлинные красавицы казались рядом с ней грубоватыми или блеклыми. Ее черты, мелкие, тонкие, изящно вылепленные, подчеркнутые нежным овалом лица, достались ей от матери, актрисы из Миннесоты, которой кровь нескольких поколений шведских предков позволила в свое время быть одной из немногих натуральных блондинок, попадавших когда-либо под голливудские небеса.