По твоим следам

И, кажется, он был способен свернуть горы….

По землям Грозных, опережая ветер, понеслись потоки силы Верховного. Дотянулись до границы, и дальше, до горизонта. И вдруг Тиму почудилось, будто тонкая нить мелькнула, вспыхнул огонек всего на миг. Но и этого оказалось достаточным. Верховный вычислил направление, куда утащили Радмира.

— Собирай всех, — отчеканил Тихомир, — Пока берешь клан на себя. Дальше видно будет. Э, нет, Верховный, — вскинул руки Макс, — Мне роль вожака не к лицу. Я так, как уже привык, в теньке братьев посижу.

Вольнов кивнул. Да, Казаков никогда не рвался к власти, выбирал бизнес, деловое партнерство, а в управление кланом пока не собирался.

— Придется, — все же возразил Тихомир, — пока Дим оклемается. Кому еще клан доверить?

— А сам чего? — нахмурился Максим.

— А сам наведу порядок там, где давно пора, — скрипя зубами, произнес Тихомир, бросив взгляд на притихшего отца.

Прежний Верховный понимал, что сын прав. Нужно было крепче держать всякий сброд, но теперь сожалеть о прошлом бесполезно. Теперь нужно спасать среднего сына.

— Все равно братца не спасешь. Ему там сейчас несладко, — мерзко хохотала старуха, интерес к которой Тихомир, казалось бы, потерял.

Но вдруг вскинул руку, сжал в кулак. Старуха захрипела, побледнела и затихла, завалившись боком к ногам Верховного.

Все вокруг притихли, а особняк занимался ярким пламенем, которое бушевало и ревело, отражая все, что было на душе Верховного.

Божену усадили в машину, девушка притихла, но все еще сотрясалась от мелкой дрожи и безмолвных рыданий. Заря подалась к Тихомиру, обняла его, оплела руками.

— Мы найдем его, обязательно найдем, — шептала Заря, прижимаясь щекой к мягкой ткани водолазки на груди любимого. — Он очень сильный. Он будет держаться столько, сколько нужно.

Тихомир молчал. Оставалось только верить, что все так и будет.

Зарета видела, как ее угрюмый муж меняется и становится все более жестоким. Но не с ней, да.

Каждый вечер, возвращаясь в их усадьбу, Тихомир вместе с теплой водой, смывал с себя всю ту грязь, в которую окунался днем. Странно, но он никогда не обнимал Зарю, не приняв душ.

Приходил, сразу мылся и только потом приближался к Зарете. Словно пытался оградить ее от всего, что случилось днем. От всего, что видел и делал.

Любимый не рассказывал Заре, чем именно занимался. А она не допытывалась. Понимала, что Верховный поступает так, как нужно. А с ней, вечерами, за стенами их дома, в их постели — совсем не Верховный, а ее любимый Тим. Ее мужчина. Ее истинный и единственный.

И сегодня — не исключение.

О том, что Тихомир уже прибыл домой вместе со своей свитой, Заря узнала сразу же, стоило всему картежу пересечь ворота на границе владений усадьбы.

Заря тут же помчалась греть ужин. Ну, как, помчалась.