По ту сторону жизни

И уже подходят, приближаются отряженные бойцы к носилкам, в рукавах финки пряча. Склонились, спросили что-то… И склонившись, ударили с двух сторон – один в сердце, другой горло перехватил. Такая смерть – страшная и… милосердная.

И «Студент» ударил, того, второго, что без сознания. Такое ему послабление вышло – человека убить, который тебе в глаза не смотрит, который уже почти мёртвый…

Тела положили в яму, забросали жердями и ветками, чтобы грунт, когда трупы сгниют, не просел. Засыпали сверху землёй без холмика, креста или дощечки с именем, заровняли, притоптали дёрном, и мусором лесным замаскировали, чтобы никто никогда не нашёл той могилы.

Постояли с полминуты и пошли. Потому как война, где приходится убивать и умирать, где это в порядке вещей и глупо сожалеть или рыдать над каждым покойником. Сегодня кто-то, завтра – ты… По всем не наплачешься… Так они на фронте воевали. Так на зоне срок тянули, где тоже приятелей чуть не каждый день хоронили. Привыкли они к смерти…

– Подтянись. До утра нужно залечь…

Идут бойцы параллельными цепочками, чтобы след не натоптать на случай погони и облав. Как волки идут, принюхиваясь и прислушиваясь к звукам лесным, готовые в любой момент оскалится и глотки рвать. Хищники они. Но и жертвы…

* * *– Зэки сберкассу ограбили и двух милиционеров положили.

– Что за зэки?

– Те, что с этапа сбежали, конвой зарезав.

– Кто сказал?

– Все о том говорят. Милиция их в розыск объявила, награду обещает.

Недоверчив «Оборотень», опаслив. Никому и ни во что не верит, оттого, наверное, до сих пор и жив. Иные командиры, на посулы советской власти поддавшись, своих людей из лесу вывели и в Сибирь отправились или к стенке встали. А этот – таится по схронам и логовищам, меняя их чуть не каждую неделю – попробуй, сыщи его. Три облавы пережил, из петли эмгэбэшной выскочив. Кругом у него свои люди, которые шепнут о засадах и облавах, а не скажут, утаят – жизни лишатся.

– Узнай, где они хоронятся.

– В лесах, за болотом. Люди верные сказали. Но долго здесь не задержатся.

– Почему?

– Пришлые они, нечего им здесь делать. Теперь они при деньгах, и все дороги им открыты.

– Хорошо, если уйдут. Нам лишний шум ни к чему. Они кассы грабить будут, а Советы, обозлившись, облавы чинить, под которые мы угодим. Это наша война, не их. Они – бандиты, мы – борцы за свободу.

– Может, и бандиты, только кассу лихо взяли. Мы в города не суёмся, а они в самое пекло…

– Мы не грабители! – еще раз жёстко ответил «Оборотень». – Мы освободительная армия! Ставьте усиленные караулы и готовьте переход в запасной лагерь. Теперь здесь из-за этих бандитов небезопасно будет…

* * *Ночью в село вошли люди.