По темной стороне

– То есть раньше ты правда никакими положительными эмоциями не питался?

– Возможно. – Раяр в некотором сомнении пожал своими черными плечами, отчего по тьме вокруг нас прошлась волна. – Иногда мне удавалось ощутить слабый отголосок чего-то светлого, но при моем приближении оно исчезало.

Мы словно плыли на этом увечном матрасе по черному морю, и я очень радовалась, что не страдаю морской болезнью.

А мой кошмар, судя по всему, потянуло на задушевные беседы.

– Делмар был прав, ты меня не боишься…

– Боюсь до чертиков! – горячо заверила его я, чем вызвала легкий смешок.

– Если бы ты только могла ощущать эмоции, я показал бы тебе настоящий страх.

После этих его слов мне почему-то так жалко стало мой ужасный кошмар, что, будь он сейчас не такой жуткий, я бы его даже по плечу там, к примеру, погладила. Ободряюще. Но Раяр был страсть какой страшный, а мне было не так уж сильно его жалко, чтобы я рискнула потрогать эту не внушающую доверия тьму, из которой он был соткан.

Заметив, как Раяр косится на меня с легким интересом, я выпалила:

– А черный ты такой почему?

Все что угодно, любой нетактичный вопрос, лишь бы он не почувствовал мою жалость.

– В безлунье сила выходит из-под контроля, – ответил он, покрутив в воздухе рукой, оставляя за собой легкий, быстро тающий, недлинный дымный след.

– Мамины гены, да? А Делмар ходит и искрится?

– Нет, – ответил хищник равнодушно, но в его равнодушии чувствовалась какая-то горечь. – Я первенец, процесс был еще не отлажен, у меня… много отклонений.

Он был такой бедный, ну такой несчастный. Такой бракованный.

– Вернись, пожалуйста, в свои покои, – попросил мой бракованный кошмар, который я уже очень сильно жалела.

– Ладно. – Поднявшись и затаив дыхание, я ступила на пол, ожидая, что сейчас мне отгрызут ноги по колено. Но нет, тьма охотно обхватила ступни, невозмутимая и почти неощутимая, как густой воздух или слишком жидкая вода. И она совершенно не спешила меня есть. – Давай так: я постараюсь тебя полюбить, утоплю в положительных эмоциях просто. И никаких попыток ухаживать и завтраков в постель с твоей стороны. Договорились?

– Думаешь, у тебя получится? – Кто-то тут очень сильно во мне сомневался, и, несмотря на мою заниженную самооценку, это была не я.

– Получится. – Особой уверенности у меня не было, просто жить очень хотелось. – Ты, главное, не забывай о взаимности… Книги там почитай какие-нибудь по этому делу, ага?

– Книги, – задумчиво повторил он, очень меня этим обнадежив.

Может, у них тут есть какая-нибудь специальная литература. Может, еще не все потеряно. В любом случае, хуже советов Делмара едва ли можно что-то придумать.