По темной стороне

– Что Делмар? – огрызнулся этот. – Мы же братья!

– Так вы тоже из этих? – встрепенулась я, выглядывая из-за плеча хищника. – Из мутантов?

– Из кого? – опешил обнимашка. Вот что примечательно: глаза у него, конечно, были непривычного красного цвета, но белок стандартно-белый, без всех этих темных штучек. И пальцы чистые.

А мой кошмар так и ходил с черными пальцами, будто бы в золу их сунул, а помыть потом забыл.

– Дети Рассах, – пояснила я, поигрывая бровями.

– Предположим, – подтвердил он, заметно успокоившись. Кидаться ко мне с обнимашками, по крайней мере, передумал.

– Младшенький, да? – участливо спросила я. Простое предположение, не более. Все же Делмар на фоне хищника выглядел почти нормальным. Ну, бледноват немного, но в целом такого же ужаса, как Раяр, он не вызывал.

Вот только мой вопрос его чем-то оскорбил. Оскалившись, он зло прорычал:

– Я четвертый в семье!

– Познакомься, Яна, – хищник, довольный эффектом, что произвел на его братца мой невинный, в общем-то, вопрос, решил-таки нас познакомить, – мой брат Делмар, уже седьмой год пытающийся дать имя своим землям.

– Тлеющий удел, – за мрачного братца на вопрос мне ответил Раяр.

Я уже знала, что сменить название можно, только заручившись согласием трех главных уделов, доказав им, что достоин этого. Своего рода повышение статуса. Если память мне не изменяла, то земли Делмара находились аккурат под Мглистым уделом и были достаточно обширны. И я искренне не понимала, почему их хозяин еще не получил разрешение. «Тлеющий удел» звучало куда как лучше, чем скромненькое «земли Делмар».

– И почему не переименовал?

– Айана, хозяйка Талого удела, моя мстительная сестра, до сих пор не простила ему дерзости.

– Я говорил, что не считаю столетие достаточно веским поводом, чтобы морозить свою задницу в ее льдах, – огрызнулся Делмар. – Я был с ней искренен, а она на меня обиделась!

Он злился и темнел лицом, в то время как вены по всему телу набухали и раскалялись. Будто бы по его жилам вместо крови тек жидкий огонь.

Зато мне сразу стало ясно, почему он хочет назвать свой удел Тлеющим. Мужик-то с огоньком…

– Делмар, – одернул ходячий вулкан мой кошмар, и светопреставление прекратилось. Кожа побледнела, вены остыли, и глаза перестали страшно мерцать, а уголек зрачка, разгоревшийся опасным красным светом бушующей внутри этого создания стихии, потух.

– Прости, – передернул плечами этот… огонек, – просто бесит меня сложившаяся ситуация.

– И ты пришел просить меня поговорить с Айаной? Ты же знаешь, что она меня не послушает.

– Ты старший, ты можешь приказать, – настаивал на своем Делмар.

– Мы это уже обсуждали, – кое-кто начинал раздражаться, – я не стану этого делать.

Братец моего кошмара насупился, но быстро вернул себе хорошее настроение.