По темной стороне

– Раяр? – Ноги у меня уже несколько замерзли, все ж таки топтаться босиком на камне – не самая лучшая идея, а с расстеленной на полу шкуры я соскочила, не желая быть слишком близко к не внушающему доверия хищнику.

Заметив, как я зябко переступаю с ноги на ногу, поджимая замерзшие пальчики, Раяр лишь похлопал по кровати рядом с собой, сухо пообещав:

– Не бойся, не трону.

Я не то чтобы ему прямо так сильно поверила, но стоять уже реально было холодно.

На то, как я по кругу обхожу и его, и кровать, чтобы присесть с другой ее стороны, хищник смотрел молча, а потом так же молча отвернулся, поглощенный какими-то своими мыслями.

– И о чем ты сейчас так сосредоточенно думаешь? – не выдержала я этой напряженной тяжелой тишины.

– Прия – идеальная любовница, – невпопад сообщил Раяр, – я никогда еще не чувствовал ее эмоций, и это меня устраивало…

– Ага, чужие эмоции от процесса не отвлекали, – фыркнула я себе под нос, но тут же об этом пожалела. Плечи моего кошмара напряглись. – Прости.

– За что? – удивился он, полуобернувшись ко мне. – Ты совершенно права. Я не чувствовал ее, голод не просыпался и… как ты сказала… от процесса меня ничто не отвлекало.

– Но меня же ты тоже не сразу сожрать захотел, значит, выдержка есть, – сказала и будто призналась в том, что мне действительно понравилось.

– Нет никакой выдержки, – сокрушенно отмахнулся он от меня, вновь отвернувшись. – Просто я не сразу ощутил твои эмоции.

– Это как? – Мне не верилось, что такое вообще возможно. Как по ощущениям, так эмоции у меня почти с самого начала так ядрено подскочили вверх, что все границы просто снесло напрочь. И не было уже различия между теми чувствами, что Раяр ощущает, и теми, что для него недостаточно яркие.

Мой кошмар лишь качнул головой, с неудовольствием заметив:

– Я уже говорил, что наши эмоции сильнее веларийских и даже человеческих. Мы чувствуем все намного острее, и я до сих пор не могу понять, как смог уловить тебя…

– Круто, – пробормотала я. Врала, конечно, круто совсем не было. Можно было считать просто подвигом уже то, что он смог не только осознать, что происходит, но и остановиться до того, как меня поглотит тьма. И я искренне восхищалась его выдержкой. Но восхищение восхищением, а вполне реальная возможность закончить жизнь главным блюдом ночи не вдохновляла.

– Раяр, а можно я тебя не буду… любить?

Ответом мне было тихое и совершенно необнадеживающее:

Вот и поговорили. Во всей этой ситуации положительный момент был только один: свою кровать Раяр мне все же уступил, утопав на диван. Вот только меня после всех пережитых потрясений это уже не сильно радовало.

Засыпала я в кровати хищника, чтобы поутру проснуться под внимательным взглядом обиженной Прии.