По следу Черта

Вот и «вешает лапшу» с заботливым видом: чтобы заступить в 17 часов на службу, надо выехать из дома в 15.30, значит, на сон остается меньше пяти часов. Если сразу заснешь! А закончиться вторая смена должна в полночь, хотя обычно затягивается до глубокой ночи, а то и до утра. Но капитан относился к этому философски: работа составляла смысл его жизни, он привык пахать сутки напролет, идти по следу, постепенно приближаясь к злодею, а потом заваливать его в финальном прыжке и перегрызать ему гор… тьфу, надевать наручники…

Открыв исцарапанную железную дверь и сменив грязные ботинки на тапочки, он тяжело повалился на диван. Есть не хотелось. Под утро, оформляя бумаги в кабинете, он съел всухомятку несколько пирожков с картошкой, бутерброды с копченой колбасой, а теперь мучался изжогой и тяжестью в желудке. «Надо бы чайку согреть», — подумал Павел, но вставать не хотелось. Рука привычно нашла пульт дистанционного управления, нажала кнопку.

«Пусть тебе приснится Пальма де Майорка, в Каннах или в Ницце — солнечный прибой…» — наполнил комнату задушевный голос Шуфутинского."

"Дятлов любил песни своей молодости, они будоражили воображение, заставляли быстрее бежать кровь в жилах. И хотя он никогда не бывал, да и не побывает ни на Майорке, ни на Лазурном Берегу, — это не важно, главное, что даже тихий звук мощные динамики наполняют такой силой, что он проникает в самую душу… Великолепная акустика радовала честного милицейского капитана так же, как прогулка на собственной яхте по Средиземному морю какого-нибудь матерого расхитителя российской казны. Навороченный музыкальный центр, огромный плазменный телевизор и крохотная квартирка в панельной девятиэтажке заменяли Дятлову и яхту, и виллу, и красный «порш» у подъезда, — это было все его богатство, скопленное тяжелым и опасным трудом. На большее самый опытный и результативный опер РУВД рассчитывать не мог.

«Надо будет вымыть ботинки, засрал их на стройке капитально», — подумал Дятлов, проваливаясь в тяжелый сон.

В назначенное самому себе время — пятнадцать часов, он проснулся, и опять с той же мыслью — о запачканных ботинках. Но не в ботинках было дело. Убийца каким-то непостижимым образом пролез в небольшое отверстие, при этом он наверняка безнадежно испачкал свою красную одежду: намертво въевшуюся цементную пыль вряд ли удастся отстирать, да и дырка в ней бросится в глаза… А ведь это розыскная примета!

Дятлов вскочил и стал быстро собираться.

* * *Ровно без четверти пять невыспавшийся Дятлов устало поднялся по ступеням и вошел в здание РУВД. Грузный майор Савченко, сидевший за огромным, до потолка, стеклом с большими синими буквами «Дежурная часть», замахал рукой.

Опер нехотя подошел. Он не отдохнул, в душе накопилась тяжелая усталость. И раздражение.