Любовь по рецепту

И мир растворился в золотых глазах напротив, нежных касаниях, стирающих первую голодную страсть в неумелых, но таких искренних поцелуях любимой.

– Прости..., – прошептал, первым разрывая поцелуй, – нельзя...

– Почему? – обиженно уточнила Лесли.

– Ты – моё сокровище и главная слабость, – признался, скользнув ладонями по тонкой талии, едва сдерживаясь, чтобы вновь не притянуть её к себе, – пока не избавлюсь от старой метки...

– Шрам на руке...

– Ещё имеет определённую силу, – выдохнул, пытаясь понять, как много могу рассказать, – просто... доверься мне. Позволь закончить начатое и немного подожди...

– Я могу помочь? – с надеждой спросила."

"– Не знаю, – прошептал, вновь целуя припухшие губы, – боюсь, что тебя заденет моим проклятьем, если связь окрепнет. Поэтому и молчал, избегал...

– Зря! – уверенно заявила Лесли, прижимаясь ко мне.

От этого безоговорочного доверия голова шла кругом. Хотелось подхватить её на руки и немедля утянуть в своё «логово», спрятав от всего мира. Только для начала нужно убедиться, что проклятье не сможет навредить моей паре!

– Люблю тебя! И найду способ избавиться от старой метки, – поклялся, вновь утонув в искрящихся от счастья злотых глазах, – только... дай мне немного времени.

ГЛАВА 18: Новые теории и нестандартная разведка

Тем же вечером (Лесли)

Несколько часов пролетели незаметно...

Мы болтали обо всём и ни о чём, тонули в объятиях друг друга и нежных поцелуях. И казалось, ничего не может помешать нашему счастью. Но иногда я замечала в глазах Ингварда отголоски застарелой боли и тоски, а шрам на руке в эти моменты становился ярче и чётче.

Он не преувеличивал, говоря, что старая метка ещё имеет силу, и от этого хотелось выть раненым зверем. Хотя мой оборотень клялся, что к чувствам это не имеет никакого отношения, и с другой парой давно покончено.

Не знаю, что у них произошло на самом деле и не уверена, что хочу знать. Достаточно того, что Ингвард говорил правду и моя драконица чувствовала это. С первой истинной его связывало лишь проклятье и застарелая ненависть, но отголоски метки пока мешали нам быть вместе и это ужасно злило!

Я не хотела делить его даже с дурными воспоминаниями и мечтала любой ценой стереть призрак бывшей соперницы. Только понятия не имела, как это сделать...

Сила ведьмы поражала и судя по тому, насколько глубоко проклятье проросло в ауру и тело некроманта, накладывали его с помощью магии крови. А избавляться от такой мерзости было ужасно сложно.

Да и действие у аркана было крайне специфическим. Заклинание постепенно разрушало человеческую ипостась Ингварда, и при этом «питалось» его эмоциями. Яркие чувства усиливали проклятье, поэтому он и вёл себя так отстранённо и «заморожено».