Любовь по рецепту

Магия штолен оказалась не просто тяжёлой, она давила гранитной плитой, просачиваясь сквозь руны и высушенные корни Сердца.

Древняя, дикая, сражающая наповал своей первозданной мощью.

– Ещё немного! – воскликнул Альтаир.

Мы усилили магический поток, вливая свою энергию в повреждённый артефакт, воскрешая его, наполняя Силой. Тысячелетиями Сердце поднимало из земли нечисть, даруя местным второй шанс. Теперь мы возвращали долг, оживляя повреждённый участок амулета.

Стена вспыхнула серебристым маревом. И едва туман рассеялся, я увидела очертания странных, парящих плит и сфер, связанных между собой огромными золотыми канатами. Они сияли словно солнце, рассекая Тьму своими лучами, гипнотизируя, притягивая взгляд...

– За мной! – штурмовик первым прошёл сквозь стену.

С трудом сбросив наваждение, навеянное дивной картиной, я шагнула за ним и... провалилась.

– А-а-а-а! – завопила от неожиданности. Пол под ногами напоминал зыбучий песок. Меня затягивало в неизвестность, перед глазами плясали цветные пятна и обрывки чудовищных иллюзий, или... воспоминаний?

Огромные летающие храмы, маги в белоснежных балахонах, воины в тяжёлых доспехах и жрицы в синих платьях Мечтательниц... Они сцепились в ожесточённой смертельной схватке, а небо вспыхивало кровавым маревом заката, оплакивая умирающих героев Раскола и уходящую вслед за ними эпоху Великих чудес...

Я знала эту картину... Именно так выживший в том безумии художник изобразил Первую войну жрецов. Но... почему я вижу её сейчас, именно здесь?!

– Тс-с-с! – Ингвард обхватил меня за плечи, прижимая к себе, успокаивая. – Не бойся, это лишь воспоминания, нам ничего не угрожает.

– Воспоминания? – всхлипнула и мотнула головой, пытаясь избавиться от кошмарных картин.

– Каждая искра, плавающая вокруг корней, хранит в себе часть воспоминаний героев древности, похороненных в Такаре, – пояснил Альтаир, – вы случайно задели одну, когда выходили из портала, поэтому и увидели ту войну чужими глазами.

Ох... от шока, я не сразу поняла, о каких искрах речь. А едва подняла взгляд и осмотрелась, обмерла...

– Всевеликая и Всеблагая, – прошептала, рассматривая стекающие в Бездну города мёртвых.

Освещаемые заревом магических огней, по бесконечной штольне парили огромные каменные острова. Их тончайшей паутиной оплетали золотистые, светящиеся сети и облачка искорок, а скользящие под ними корни Сердца, казались щупальцами гигантского осьминога или языками пламени.

Они просачивались между каменными плитами, поддерживая их, напитывая своей магией и не позволяя рухнуть во Тьму. А на самом дне мира Воскресших вспыхивали алые искры, напоминающие тлеющие угли.

Древний артефакт поднимал новую нечисть...

– Отдышались? – нетерпеливо уточнил Альтаир.