Любовь по рецепту

– Такие глубокие чувства, как у господина Тхаржика, тронут любого! – охнула магесса, сложив ручки на внушительном бюсте. – Правда?

– Правда, – словно в трансе мигнул дух.

А лисонька, не дожидаясь пока тот очнётся, метнулась к выходу, на бегу расстёгивая несколько пуговичек на вырезе и потуже затягивая поясок.

– Интересно, на кого она уже зубки наточила? – вздохнула я, наблюдая за её манипуляциями.

– Хорхе? – пожала плечами Беата. – Или...

– Девоньки, за мной! – воскликнула лиса, вырываясь из пыльного плена архива.

Мы выскочили следом, прикидывая на бегу, что задумала Ильнара и чем это грозит нам.

Наставница по бытовой магии напоминала стихию. Неудержимая, порывистая, непредсказуемая. Её эмоции оглушали и запросто могли контузить слабого менталиста. Ректор часто проводила для первокурсников «испытание Ильнарой», заставляя адептов отгораживаться от ментального фона лисоньки. Но сейчас от неё фонило так сильно, что у нас голова шла кругом.

Леди Ольскую захлёстывало ощущение свободы и абсолютного счастья, а ещё... странного, необъяснимого предвкушения. Кицунэ неслась вперёд, даже не спросив, где должны встретиться Котейшество и господин Тхаржик. Мы едва поспевали за ней.

– Леди... леди Ольская! – взвыла я. – Постойте! Нам в другую сторону!

– Нет, нам сюда! – уверенно заявила лиса, но скорость немного сбавила. – Я чувствую его...

– Кого?! – хором воскликнули, догнав Ильнару.

– Счастливчика, которому суждено стать моим одиннадцатым мужем! – кицунэ замерла и, с шумом втянула воздух словно охотничья собака. – Меня чутьё ни разу не подводило!

Мы недоумённо переглянулись, а Котейшество выглянуло из паланкина и злобно шикнуло. Во время безумного лисьего забега кошка судорожно цеплялась за носилки, чтобы не вылететь на мостовую и сейчас намеревалась высказать подруге всё, что думает о её выходках.

– Ой, ну не злись и не шипи! – отмахнулась магесса. – Можно подумать, тебе самой нравится в архиве торчать да пыль на мех собирать. Красоту выгуливать нужно! А я за эти дни уже забыла, как мужчины выглядят...

Кицунэ всхлипнула и утерла платочком несуществующую слезу.

– Ты знала, куда едешь! – огрызнулась кошка. – Или думала, Ловцы вокруг тебя плясать будут, бросив работу?

Голосок у леди Катарины оказался змеиный. Шипящий, низкий, пробирающий до костей. Не удивительно, что она предпочитала молчать и отмявкиваться.

– Злюка! – фыркнула Ильнара и подхватила ошалевшую от такой наглости кошку на руки.

Белоснежный хвост заходит ходуном, плёткой ударяя по бёдрам магессы, но кусаться или царапаться Котейшество не рискнуло.

– Леди Ольская, мы благодарны за помощь, но отдайте леди Катарину, пожалуйста, – осторожно начала я, – её ждут...

– И обязательно дождутся, – подмигнула нам лисонька, – но для начала...