По расчету

Матвей гневно сжал кулаки и громко выругавшись, как ошпаренный, выскочил из комнаты. А через секунду послышался оглушительный хлопок входной двери.

Глава 28

Матвей был в такой ярости, что не помнил, как оказался около двери квартиры Ляли, стуча по ней кулаками. Как только она открыла дверь, он ворвался внутрь и, схватив ее за горло, припер к стенке.

– Ты украла моего сына, тварь? Это правда?"

"Ляля замотала головой, пытаясь отодрать его руку со своей лживой глотки, но Матвей не собирался ее отпускать, пока она не выложит всю правду.

– Нет, – захрипела она. – Отпусти…

Она начала задыхаться, отчаянно царапая его руку.

– Отпусти ее! – послышался детский крик и мелкий мальчишка кинулся к ним, барабаня по нему кулаками везде, куда мог дотянуться.

Шокированный этим нападением, Матвей отпустил Ольгу и отступил назад. На него будто ушат холодной воды вылили. Вот ведь придурок! Нельзя же так. Он мог придушить мерзавку в состоянии аффекта и не заметить. Но ведь тварь же!

Матвей перевел взгляд на мальчонку, внимательно рассматривая его со щемящим сердцем. Тот плакал, обнимая мать и с опаской оглядываясь на него. Мужчина отступил еще на шаг, поднимая руки и показывая, что не собирается нападать.

– Богдан, иди к себе, – приказала ему, пришедшая в себя, Ольга.

Мальчик сильнее вцепился в нее, не отводя взгляда от Матвея.

– Я тебя с ним не оставлю, – вызывающе заявил он.

– Я сказала, иди к себе, – не терпящим возражений тоном, повторила Ольга. – Немедленно. А с Матвеем я разберусь. Он уже уходит.

– Я вызываю полицию, если Вы не уйдете через две минуты, – сказал ему мальчик, неохотно отступая в сторону двери в другую комнату.

Матвей залюбовался им, чувствуя, как колет сердце. Неужели, и правда его сын? По возрасту подходит, да и имя…  С чего бы ей так называть его, если он чужой? Вот ведь сука меркантильная! Мало того, что душу из него вынула, так и ребенка лишила!

– Он не твой сын, – будто читая его мысли, сказала Ольга. – А теперь убирайся отсюда, пока я и правда не вызвала полицию.

– С чего мне тебе верить? – возразил он. – Учти, лживая сука…

– Не смей повышать на меня голос в моем собственном доме и тем более обзывать, когда за дверью нас слушает мой ребенок! – резко прервала она его. – Не знаю, что ты себе надумал, но Богдан – сын моего мужа. Доказательством тому служит тест ДНК, который мы провели сразу после его рождения, потому что он тоже сомневался. Если это избавит меня от скандалов, то я пришлю тебе документы на почту, а теперь, уходи.

Матвей не собирался так легко ей верить.

– Почему ты назвала его Богданом? – спросил он.

Ольга горько усмехнулась.

– Потому что я была влюбленной дурой и хотела иметь хоть какую-нибудь память о тебе. Как оказалось, зря.

На это ему ответить было нечего.