По праву твоего рождения

А старик плел свои заклинания. Внутренне ликовал. Ведь цель уже достигнута, желанная победа над древним и давним врагом была в руках Дива. Какие-то доли секунды, и Межмирье исчезнет, рассыплется, словно карточный домик на ветру.

Див чувствовал, как его переполняет Свет. Более того, старик бессмертный ощущал, как Тьма противится чужеродному вторжению и отступает, не найдя защитника в лице Чернобога.

Див так и хотел выкрикнуть во всю глотку:

– Ну, где же твоя хваленая сила, большой брат?!

Не успел. Как не успел даже оглянуться, когда прозрачная защитная преграда, сотканная из чистейшего Света, лопнула, рассыпалась под натиском светлой силы. И тут же Дива снесло с ног и отбросило на пол.

– Не смей! – попытался скомандовать Див, взмахнул рукой, чтобы остановить смертоносные клыки, однако чертов вампал увернулся от летящего в него сгустка света, монстр не реагировал на приказы, а в следующий миг мощная челюсть сомкнулась на его, Дива, глотке.

Пожалуй, Зак никогда не убивал с таким удовольствием. Впрочем, мужчина никогда не делал этого по собственной воле. А теперь – сорвался и не успокоился, пока дряхлое тело старика не перестало биться в предсмертной агонии.

– Зак! – рыкнул Клим.

Вампал не сразу среагировал. Слишком сладким оказался вкус мести и победы над Дивом. Но голос демона отрезвил. Да и Верея подозрительно тихо вела себя, молчала.

Зак ощутил, как шерсть встает дыбом. Не оборачивался, чуял, что-то не так. И боялся убедиться в своих подозрениях.

– Зак! – уже тише повторил Клим, и вампал, вернувшись в человеческое обличие, застыл.

Верея сидела, опираясь на стену. Верные помощницы свили небольшой кокон, чтобы удержать хозяйку. Тонкие руки безвольно лежали на коленях. А сама девушка, не мигая, смотрела прямо перед собой.

Зак мотнул головой. Нет. Нет. Нет! Это все не по-настоящему. Не может, просто не может такого быть!

А ноги уже понесли его вперед, к любимой.

В долю секунды Зак оказался рядом, рухнул на колени. И только сейчас увидел круглую выжженную по краям рану на груди Вереи.

– Черт… Я даже не заметил, как это произошло, – бормотал Клим виновато.

А Зак молчал. Горло сдавило спазмом. Все тело трясло настолько, что он не сразу сумел поднять Верею и прижать к себе.

Малышка, словно тряпичная кукла, завалилась на него, утонула в его руках.

Зак рвано выдохнул. Зарылся в спутанные волосы лицом. И дышал ею.

Не знал он прежде, что может быть так больно. Не от физических ран, издевательств, рабства, а от мысли, что не сможет больше слышать любимый голос, видеть дерзкий взгляд, чувствовать эту хрупкую девчонку.

Просто чувствовать ее.

Зак баюкал безвольное и безжизненно тело любимой, держал в своих руках и думал лишь о том, что никакое бессмертие ему не нужно, если нет Вереи рядом.