По праву твоего рождения

Но, кажется, прошлое само говорило с ней. И слезы все не останавливались. Не иссякали.

Даша услышала тяжелую поступь. Хлипкую дверь пнули, а в комнатушке появился мужчина. Брезгливо швырнул на пол нетяжелую ношу, которую тащил на плече.

Дарья поняла, что мальчик без сознания. Но он жив!

Сколько прошло времени прежде, чем ребенок очнулся и поднялся с грязного пола, Дарья не знала. Она смотрела прямо на детское личико, чумазое, со ссадинами и синяками. Лихорадочно шарила взглядом по знакомым чертам. И ее накрывала паника, щемящее чувство тоски, сочувствия, боли… Она, неутихающая боль, пронизывала девушку, уничтожая собственные эмоции. Оставляя только то, что чувствовал этот мальчишка.

Картинки сменялись одна за другой. Дарья видела, как рос и менялся мальчик. Сколько лет он провел здесь, в этом страшном месте?

Теперь, глядя на повзрослевшего паренька, Даша была уверена, не ошиблась она. Этот мальчик – Дикий. Сходство было на лицо. Волевой подбородок. Нос с горбинкой. Глаза. Особенно похожи были глаза.

Мальчик подрос, возмужал. Но все равно был еще ребенком. Сколько ему? Тринадцать? Четырнадцать?

Внимание Дарьи привлекло негромкое шуршание. Будто кто-то скребся в дверь. А после преграда распахнулась. И в комнате появился гость. Малец, младше хозяина этой комнаты. Он что-то говорил Дикому, но мальчик отмахнулся.

Даша крепко зажмурилась. Видения исчезли. Она вернулась в настоящее. За спиной стоял Дикий, не двигаясь. Но Дарья чувствовала, что он вполне вменяем. Просто не торопится возвращать привычный облик.

Вздохнув, Дарья поднялась на ноги. Голова кружилась после столь стремительного и неожиданного выброса в прошлое. Прошлое, полное страданий и боли. Чужой, но близкой и родной ей.

– Значит, это был твой ад, – тихо прошептала Дарьяна и рукой стерла слезы.

Резко обернувшись, девушка наткнулась на тяжелый горящий взор. Что-то надломилось в ней, рассыпалось в пепел.

– Расскажи мне…, – попросила она, однако Дикий мотнул головой.

Нет, не расскажет. Он спрятал свое прошлое настолько глубоко, что оно затерялось в уголках памяти. Будто в другой жизни. Будто не с ним случился весь тот кошмар.

Даша шагнула ближе. Запрокинув голову, отважно посмотрела в лицо монстра.

Он был все также ужасен. Пугал острыми клыками, звериной мордой, грубой кожей.

Но страха у Даши перед Диким не было.

– Клим…, – произнесла она. Да, так его зовут.

Он не мог пошевелиться. Инстинкты вопили о том, что вокруг – опасность.

Вернулись старые, забытые страхи. Вернулась боль. Чувство безысходности и обиды на весь мир и богов.

И сейчас, когда Дарьяна оказалась в самом центре пережитого им ада, он вспомнил все. Чутье обострилось в необходимости защитить свою пару. Спрятать.