По праву сильного (СИ)

Меня очень пугали эти звонки.

– Ксюха! – прикрикивает на меня брат.

Защитничек нашелся! Я закипаю, но вижу испуганный взгляд посетительницы, и мне становится стыдно. И от этого я еще больше злюсь.

Я имею право возмутиться.

– Что? – я перевожу взгляд на него. – Спешу тебя порадовать новостью, что тебя пытались убить из-за нее.

Мария придушенно всхипывает и закрывает лицо руками.

– Я так и знала, – дрожащим голосом говорит она.

– Да глупости, – бросается успокаивать ее Лешка.

– Не глупости. Уже установлено, что Антон Николаев нанял шпану, чтобы испортить тебе что-то в машине. Всех уже нашли.

– Конечно, не глупость, – соглашается со мной Мария. – Антон нехороший человек, злой, без царя в голове.

Она говорит так тихо, что я непроизвольно делаю несколько шагов вперед, чтобы лучше ее слышать. И замечаю, что то, что я приняла сначала за родимое пятно на лицо, прикрытое косметикой, на самом деле уже начинающий желтеть синяк.

Господи!

– Вы меня простите, я, пожалуй, пойду, – заполошно начинает собираться девушка.

– Куда ты пойдешь? – волнуется Лешка.

Вот бы он так за нас с мамой волновался.

Но гнев мой угас. Выходит, Лешка и вправду не зря переживает за эту Машу.

– Куда-нибудь. Отсижусь пока на той квартире, которую ты снял, а потом уеду к матери на Сахалин. Когда-нибудь ему надоест меня искать, и он сам подаст на развод.

– Минуточку, – останавливаю я ее. – Я очень рассчитываю, что вашего муженька посадят. Я в тонкостях не сильна, но мне кажется, что вы можете пригодится, как свидетель.

Маша плюхается назад и зябко обхватывает себя руками, хотя в палате весьма жарко. Это в жилых домах мы никак отопления не дождемся. Хорошо хоть в больницах дают вовремя.

– Честно говоря, мне очень страшно и стыдно, но это меньшее, что я могу сделать для Алеши.

Даже у меня сердце сжимается, когда я смотрю на Машу, понятно, с чего так растащило брата.

– Спасибо. За дверью ждут два человека, которые помогут не уйти от ответственности вашему мужу. Пожалуйста, расскажите им все. Раз вы сказали, что так и знали, значит, что-то подозревали.

– Какие уж тут подозрения, – горько усмехается Маша. – Антон мне открытым текстом сказал, что уж он постарается, чтобы больше мне некому было помочь. А мне и так никто не помогал. Только Леша.

– Кого ты там притащила? – гневно спрашивает меня брат. – Это что за ловушки?"

"– Какие ловушки? – изумляюсь я. – Понятия я не имела, что ты не один.

– Тогда кто там? Менты?

– Нет. Те, кто защитил меня и маму, пока ты защищал Машу, – уязвленно огрызаюсь я.

У меня к Маше претензий не остается, тут невооруженным взглядом видно, что у девчонки большие проблемы. На вид она даже младше меня. И как ее только угораздило? Зато к брату счет копится.

– От чего вас защищали? – напрягается он. Довольно запоздало, надо сказать.