По праву сильнейшего. Вернуть пару (СИ)

— Я н-не… п-претендую, Альфа, — выдавил из себя будущий труп.

Слабое и совсем не значимое оправдание. Пустое. Как и то, что он не сопротивлялся, тем самым признавая продемонстрированное превосходство, покорно смотрел прямо в глаза своему вожаку, который мысленно вынес ему смертный приговор. Причины и обоснования не важны. Альфа не нуждается в них. Всё, что необходимо — сполна умыться чужой кровью. Сейчас её слишком мало и недостаточно, дабы утолить жажду. А то, что будет потом… На то человек и дал волю зверю: похрен на последствия.

— Я н-не… — прохрипела в повторе моя жертва.

Где-то позади что-то жалобно с отчаянием пролепетала и та, кто допустила всё это, чем взбудоражила зверя ещё больше. Вместо ответа из моей груди вырвался тихий утробный рык, а вместе с тем высвободилась волна разъедающей изнутри боли.

Мне не должно быть больно.

Откуда она тогда взялась?

Да, нам обоим было больно. Несмотря на то, что если я и должен был улавливать нечто подобное, то исключительно для того, чтобы упиваться чужой слабостью, сполна впитывая каждый предсмертный выдох и вдох, пока я ещё позволяю ему дышать. Именно позволяю. Теперь, когда уловил его боль, а он утопал в ней… Да! То, что необходимо сейчас, как никогда!

— Альфа… — захлёбываясь собственной кровью, заново прохрипел оборотень.

Он так и остался в человеческой ипостаси. Вероятно, надеялся, что это его спасёт. Я даже невольно испытал сожаление от того, что полноценного боя не будет.

— Перестань! Кайл, остановись! — послышался новый вскрик Крис, когда она оказалась совсем рядом.

Кажется, помимо этого, она добавила что-то ещё, но эмоциональный посыл не достиг своей цели. Волк быстро уяснил, кто именно является помехой и закрылся ото всех. Даже от человеческой составляющей, напрочь отсекая последнюю возможность прийти в себя. Окончательно взял верх. Царил и властвовал во всём. Больше никаких вариантов. Только то, чего он желал. Оставалось замахнуться всего лишь раз, пронзая когтями незащищённое горло, разрывая его в клочья… или же надавить сильнее, чтоб раздавить никчёмное сердце.

Вот что позволило ей выиграть драгоценную секунду.

Ту самую, после которой уже ничего не исправишь.

Должно быть, не только я, и она — спятила!

Кто в здравом уме бросается под того, кто собирается убить? Но так оно и было. Девушка накрыла собой истекающего кровью, шмякнувшись прямо на него, ловко втиснувшись между нами, стоило зверю замахнуться, создавая эту небольшую дистанцию.

Она, мать её, защитила его!

Даже не знаю, каким грёбанным чудом удалось вовремя промахнуться. А вот Крис за содеянное поплатилась в тот же миг. Едва ли заново вскрикнуть успела, как оказалась и сама придавлена к земле, лёжа на спине. Опрокинуть её чуть в сторону не стоило совершенно никаких усилий.