По праву сильнейшего. Вернуть пару (СИ)

 — Он будет не в восторге делиться её обществом с кем бы то ни было.

О том, что она помогла, лишь бы только разлучить меня и мать моих детей, тоже, как услышал, так и выкинул из своей головы. Когда-то Алиса сама отказалась от меня. Мы с ней даже метками не обменивались, чтобы закрепить парную связь между нами. Если волк состоит в полноценной паре, они отмечены друг другом, то когда умирает пара, волк уходит за ней следом и наоборот, а мы оба жили не в лучших условиях, поэтому на тот момент это казалось нецелесообразным, и на этом настояла сама Алиса. То, собственно, и помогло мне подавить в себе всю возникающую тягу к той, кто первой поставила превыше возможной парности желание иметь более лёгкую жизнь, а затем легла под каждого, на кого указали людишки в белых халатах, чтоб их эксперименты продолжались, раз уж никаких меток друг от друга у нас не было.

— Ну, значит, пусть бросает мне вызов, занимает моё место Верховного, если так хочется ей владеть единолично. Я и так из-за тебя по-доброму с ней обошёлся, заперев её в вашей Москве и сером клане.

Вот тут я снова притормозил.

— Тогда тебе придётся рассказать ему причину.

— Кайл, — Ян тоже сбавил шаг, принявшись массировать виски. — Ты, видимо, до сих пор не разобрался в нашей иерархии. Я — Верховный. И все альфы находятся в моём подчинении. Да, они живут автономно, но моё слово — закон в последней инстанции. Если Роман решит его оспорить, это будет значить, что он бросает мне вызов. Поэтому, как я и сказал, он либо занимает пост Верховного, либо отдаёт Алису. Тем более, я же не на заклание её веду, а всего лишь на разговор приглашаю. Пусть хоть присутствует, раз так беспокоится об этой дряни, мне фиолетово, но привезти её сюда он будет обязан по первому же моему запросу. И вообще, пусть радуется, что я её действительно не на казнь зову. Вообще не понимаю, откуда у тебя эта сердобольность по отношению к ней… — закончил совсем ворчливо.

Как бы не хотелось в очередной раз возразить, всё же не стал. Отчасти потому, что совершенно не хотелось признаваться, почему на самом деле я против подобного.

Без меня. Видеть её не хочу, как и слышать.

— Тебе виднее, — отозвался я не менее ворчливо, продолжив идти.

Да и какой смысл продолжать этот спор?

Всё равно будет так, как он того желает…

Хорошо, что продолжать эту тему и не пришлось, ни одному из нас. Мы дошли.

Друг Крис ждал нас, вольготно расположившись на стуле в допросной камере. Будто и не он тут арестован, а мы, он нас всего лишь навещает. Правда, стоило ему втянуть воздух с моим прибытием, как заметно скривился.

— Показушник, — добавил вслух.

Не сразу до меня дошло, к чему он это сказал.