Пациентка по межзвездной переписке

Проехав немного, расзн остановился. Сбоку слышался четкий звук каблучков Камелии.

— Быстрые у вас лифты, — она появилась на лестнице и заспешила к нам.

Стюард, ничего ей не отвечая, повез меня дальше.

Ещё несколько коридоров и большая арочная дверь. Стоило приблизиться к ней, как она открылась, и мы попали в просторное помещение.

Белые стены, белый пол и потолок... Белые колонны...

Прищурившись, я сообразила, что этот цвет уж слишком давит на глаза.

— Как будто кто-то чихнул на известку, — прокомментировала увиденное Ками.

— Да, но таковы требования, — согласился с ней расзн. — К этому не привыкаешь. Каждый раз немного дискомфортно от этого интерьера.

Миновав холл, мы направились к дальнему кабинету. Дверь открылась, и показался невысокий, очень крепкий мужчина. Черные волосы, карие глаза с заметным рудиментарным третьим веком. Высокие скулы, слишком острые для человека. Руки несколько длиннее, чем у нас...

— Черони, — тихо шепнула Камелия.

Мужчина в белом кителе улыбнулся. Я уже видела такую форму, но не на нем. На Нуме. И смотрелся в ней мой орш куда колоритнее местного фельдшера.

— Тье? Мы только что покинули порт, а ты уже здесь.

— Одна из пассажиров плохо переносит перегрузки, — расзн покатил моё кресло прямо на врача. — Девушка со слабым здоровьем. И лететь ей с нами до системы Залфа, так что принимай пациента.

Черони кивнул и указал рукой на свой кабинет.

Внутри оказалось, скажем, менее бело, чем в основном помещении. На стенах картины. Непонятная мне мазня разноцветными красками. Будто кто-то опрокинул поднос с открытыми баночками гуаши. На столе небольшой беспорядок. Мониторы, как у Нума.

Но главное украшение — это, конечно же, медицинская капсула.

— Она похожа на спасательный челнок, — выдала Ками.

И я была с ней согласна. Наш фельдшер на Церере такую, наверное, и в глаза никогда не видел.

— Так, девушку перемещайте в этот ""челнок"", — он зыркнул на Ками. — Сами присаживайтесь рядом.

Сестра склонилась, чтобы помочь, но расзн её мягко отодвинул, после чего, словно пушинку поднял меня и уложил в капсулу.

Как же мне было стыдно в этот момент! И немного неприятно. Всё же чужой мужчина.

Поёжившись, я бросила взгляд на недовольную Камелию. Она тоже не оценила самоуправство стюарда.

— Хорошо, — врач ничего не замечал. — Мне нужен допуск к вашей медицинской карте, и скажите имя.

Усевшись за свои мониторы, черони поднял голову и выжидающе уставился на нас.

— Лилия Войнич, — неуверенно пробормотала я. — А карта...

— А у сестры её нет, — вмешалась Ками.

— Как это нет? — Вот теперь пришло время удивляться доку. — Но при таком состоянии здоровья она просто обязана быть.

— Но её нет, — настаивала сестра.

— Вообще есть, — созналась, понимая, что врать здесь себе дороже. Боль никуда не уходила.