Пациентка по межзвездной переписке

Или не хочет! Он даже свою аптечку не взял! Шепчет нам с Ками, чтобы папа не услышал, что мы должны были в своей дыре сидеть и не вылезать! Гад высокомерный! А у меня от переживаний кресло сломалось! Ручка отлетела. Ками попыталась подчинить, но не получилось. Колесо заклинило. Из хорошего — наши чемоданы вынесли к трапу, — выдала и сдулась."

"Нум медленно кивнул и перевел взгляд на дока. Хищно улыбнулся.

— А вот и свидились, коллега! — Казалось, он и правда рад встрече. — А я ведь обещал тебе ребра переломать.

— Ты не смеешь... — черони попятился, но куда там.

Нум в три шага подлетел к нему и так зарядил кулаком в солнечное сплетение, что у меня дыхание сперло. А док в этот момент и вовсе рыбу напоминал. Вот как в научном фильме на палубе показывали — с открытым хлопающим ртом.

— Упс, не сломал! — Нум просиял и снова зарядил черони по ребрам.

И еще раз, и еще... Удар у него, наверное, потяжелее, чем у отца будет.

Стюарды отвернулись, словно ничего не видели. Папа стоял с приподнятой бровью, а маме как-то сразу лучше стало. У нее в этот момент глаза вдвое увеличились.

Схватив дока за затылок, Нум подсечкой поставил его на колени, а после и вовсе уложил на пол.

— С жалобой можешь обращаться в службу безопасности космопорта. Мы твою мазню за ужином в семейном кругу почитаем и повеселимся. И на будущее — никогда не задевай членов семьи оршей. Это всегда больно, а порой еще и смертельно. Понял?

Черони не ответил. Ему и самому медицинская помощь нужна была.

— Ничего, до медкапсулы доползешь. — Усмехнувшись, Нум обернулся к Тье. — Где аптечка? Почему он явился без нее?

— Да кто его знает? — стюард пожал плечами. — Ее уже несут наши.

— Поторопите! — Мой орш подошел к маме и отодвинул Пети, которая не отходила от ее кресла ни на шаг.

Проверив ее пульс и зачем-то заглянув в глаза, он нахмурился.

— Как она предыдущие приземления и взлеты перенесла? — Этот вопрос был четко адресован слегка опешившему папе.

— Хорошо, — как-то слегка заторможено ответил он. — Но ей уже неделю плохо. Головокружение, тошнота, перед глазами, говорит, черные точки бегают.

— Все это от недостатка свежего воздуха и витаминов, — Нум разглядывал маму. — Быстро пройдет. Еще токсикоз. Я читал об этой особенности женщин вашей расы. Но тоже не страшно. Сейчас принесут аптечку, и я облегчу ее состояние. Остальное дома, на нашем корабле.

Мама попыталась улыбнуться. Нум так и держал ее за руку. Столько заботы и соучастия с его стороны. Как будто это не он только что черони переломал. Док так и лежал у стеночки и тихо кряхтел. То ли и правда там помереть решил, а то ли мастерски изображал помирающего.

— Лиля, где твоя доска? — спросил Нум, обернувшись на нас с Ками.

— На дне моей сумки, не достать уже, — я смущенно указала в сторону люка.

— Ясно, — он кивнул.