Предательство по-драконьи. Осколки любви

Мы уже разговаривали утром и днём, и я знала, как он занят в командировке, но, если звонила я, он всегда находил время поговорить.

Я была в центре его жизни и отчётливо это ощущала. А ведь он даже не знает, что я его пара. Тем ценнее были чувства, что зародились между нами.

Артефакт Дрейкмора не отвечал.

Сердце заколотилось сильнее — он всегда брал трубку.

А значит… он уже на подходе.

Я отставила бокал, снова подошла к зеркалу и поправила причёску, тронула губы блеском, осмотрела идеально сидящее платье на себе еще раз и надела туфли на высокой шпильке.

В дверь позвонили.

Но ведь должен был быть щелчок замка — Дрейкмор всегда входил сам.

Я распахнула дверь.

На пороге стоял Алекс. Бледный, взъерошенный, в спешке набросивший на себя пиджак.

— Алекс! Что с тобой случилось? Выглядишь плохо… — последние слова застряли в горле. Стеклянный взгляд друга, каким он и стал для меня, пугал.

— Что?! Алекс? Не молчи! — я схватила его за руку и потянула в квартиру. А потом он словно очнулся.

Сам поддержал меня за локоть и, сопроводив в гостиную, усадил в кресло."

"— Ты меня пугаешь, Алекс, — я обхватила себя за плечи, и плохое предчувствие усилилось.

Мне показалось, что то, что я услышу, я не переживу.

— Лира… Дрейкмора завалило на руднике.

— Что?! — Спазм перехватил горло. Я схватилась за него. Сделать глоток воздуха я просто не могла. Царапала шею, сжимала грудь, сердце стало камнем. — Нет! Нет! Это не правда! Я только недавно с ним говорила! — прохрипела я, почти шёпотом. — Зачем ты врёшь?!

— Дыши, Лира! — Алекс выбежал из гостиной, а я сползла с кресла на колени. Я теряла сознание. Ведь Алекс никогда не врал мне. Он не смог бы так жестоко меня обмануть.

Друг поднял меня и усадил обратно в кресло. Дал в руки бокал с холодной водой, но я не могла держать его в руках и расплескала воду. Тогда он взял бокал и сам поднёс его к моим губам.

Зубы стучали о край бокала.

В итоге я оттолкнула его руку.

— Алекс… — прорыдала я.

— Лира, над завалом уже работают. Всё случилось семь часов назад. Двое мертвы, есть выжившие — но то, что они говорят… не вселяет надежд. Ты должна быть сильно! — он встряхнул меня. А я просто не могла прийти в себя.

— Я… мне… нужно… туда.

— Хорошо, — Алекс не стал меня отговаривать. Наоборот, на мои плечи вдруг опустился плащ. Меня била нервная дрожь.

— Он не мог умереть. Дрейкмор — он же… это же Дрейкмор… — я с трудом складывала слова в предложения.

А потом Алекс поддержал меня за локоть. На пороге остановился, опустился на колени и снял с меня неудобные туфли на каблуке. Затем нашёл обувь без каблука.

И мы спешно спускались по лестнице, потом Алекс гнал на всех парах, выжимал все возможное из мобиля.