По осколкам

И меня срывает, я вколачиваю кулаком в панель, стекло спидометра лопается.

Вздрогнув Дина бросает на меня взгляд.

Мои пальцы нервно стучат по рулю, на костяшках потеки крови. Вытаскиваю пару осколков, выкидываю в окно.

— Весело, Дин, тебе?

— А ты думал умру от тоски?

— Я не думал.

Закрываю глаза, откидываясь на кресло. Дышу глубже.

Слышу, как она дергает ручкой двери.

— Заблокировано…

Отдышавшись, стягиваю пиджак, вытаскиваю из карманов документы и ключи.

— Оденься.

— Обойдусь.

— Я сказал, оденься!

— Он пахнет тобой. Лучше я замерзну и буду ходить голой, чем дышать этим запахом.

Ясно.

Кидаю пиджак на заднее.

Мне хочется врезать ей по лицу. Отрезвляющую пощечину…

И пока я везу ее до дома, пытаюсь отдышаться и найти какое-то конструктивное состояние. Потому что в моей машине пахнет ей. И потому что она больше раздета, чем одета.

И потому что, сука, знает, как вспенить меня до полного неадеквата!

Спокойно…

Спокойно…

Спокойно…

Минут через пятнадцать торможу возле подъезда.

Глубокий вдох…

— Дина, — поворачиваюсь. — Мать со мной не разговаривает.

— Это твои проблемы, при чем тут я?

— Она очень ждала внучку.

— Открой дверь мою! — начинает психовать она.

— Дин… Пожалуйста. Можно свозить Алису к матери?

— Нет!! Ты не прикоснешься к ней!

— Грязный?

— Да!

Открываю рывком бардачок, достаю справку в файле. Кладу ей на колени.

— Что это? — с недоумением поднимает за край.

— Я чистый. Это справка.

— Арсенин, ты что — идиот? — опускаются ее плечи.

— Да. Но ты любила меня и таким.

— На хрена мне твоя справка?!

— Я хочу, чтобы ты понимала, что я чистый. В этом смысле. У меня никого нет. И не будет. Я…

— Что — «я»? — пренебрежительно ухмыляется она.

И мне так щемяще больно от ее этого пренебрежения, что не могу сказать больше ни слова. Просто зажмуриваюсь, пытаясь дышать ровно.

— Забери это, — кладет мне на колени. — Покажешь тому, кто в этом заинтересован. Открой мне дверь.

— Сейчас, погоди…

И я пытаюсь максимально открыться опять, чтобы она почувствовала меня. Так, как раньше…

Это очень-очень больно. Потому что я знаю, что этот мой выстрел моими внутренностями не достигнет цели. И все равно…

— Я очень скучаю. Я очень тебя люблю. Прости меня, пожалуйста…

Ее застывшие глаза смотрят в лобовое.

И я очень благодарен ей, очень! Что в этот раз без унизительных комментариев.

Снимаю блокиратор с двери.

Сдвигается, чтобы встать, упираясь рукой в кресло.

— Ау… — с шипением вздрагивает.

Я слышу какой-то ""пластиковый"" треск.

Одергивает руку, разглядывая порез на ладони.

— Дин?..

Поднимает с сиденья, какой-то кусочек цилиндрического пластика.

— Пф… — истеричный болезненный смешок.

Кидает мне на колени и выходит.

Это что? Кручу в руках, присматриваясь.