Любовница. По осколкам чувств

Я без тебя загибаюсь, слышишь?

- Денис, – рублю раздраженно.

- У меня ближе тебя никого больше нет. И ты это прекрасно знаешь!

- Да? Правда, что ли? А я, дура, подумала, что ты со своим соседом сблизился неимоверно, – мой голос сочится ядом, но мне плевать.

- Ну зачем ты так?

Ах, как красиво мужики умеют переводить стрелки, не так ли?

- Лер, я могу объяснить…

От его слов тут же передергивает, и картинка прошлого услужливо всплывает перед моим мысленным взором. Что он хочет объяснять? Что? Как у него получилось нужную дырку с ненужной перепутать? Ну, супер, всю жизнь мечтала обогатиться столь полезными знаниями.

- Вот уж спасибо, но мне такие расчудесные объяснения не нужны, – рублю я безапелляционно.

- Он съехал от меня.

- Ну вот видишь, Дюш, жизнь налаживается, – откровенно издеваюсь я.

- Точнее, это я его попросил съехать. Из-за тебя…Из-за нас.

- Никаких больше нас нет! – припечатываю я максимально жестко.

- Ладно! Окей. Понял, Лера! Но можно же как-то забыть о вражде и вспомнить, что мы когда-то были лучшими друзьями? Ну, пожалуйста…

- Лучшие друзья секретов друг от друга не имеют. А у тебя, Дюша, оказался целый секретный завод за пазухой.

- Это неоднозначная тема, конфетка. Нельзя просто взять и навешать на меня ярлык «мудак».

- А какой можно?

На уме крутиться только одно слово. И да, оно матерное!

- А ты сама? – вдруг поднял Шибаев голос и перестал ныть, – Кто тот мужик, с которым ты две недели отдыхала на Шри-Ланке?

- Так все, до свидания, Денис, неприятно было пообщаться. Не созвонимся с тобою никогда!

- А ты вообще в курсе, кто он и что сделал?

- А ты? – в конец выхожу я из себя.

- Я…нет, я…черт! Лера…

- Да пошел ты в задницу, Шибаев! – ядовитой змеей шиплю я этому чертовому сказочнику. Он уже наврал мне с три короба. Хватит!

- Блин, прости! – орет в трубку, и я замираю, слушая как парень матерится и зло сопит.

Раньше он никогда таким не был.

Раньше я его просто не знала.

- Лера, у меня отец нашелся…

Замираю. Затем и вовсе вскакиваю на ноги, не веря в то, что слышу. Родитель нашелся – это как живой Дед Мороз. Как чудо! Как второе пришествие.

Это не описать.

- Когда? – выдыхаю.

- Давно, Лер, – смущенно.

- Когда? – требовательно.

- Тогда, когда я предложил тебе встречаться и…

- Что? – снова плюхаюсь на табуреточку и прикрываю глаза ладонью, складывая мысленно всю эту гадкую мозаику в одну уродливую картинку.

Меня тошнит!

Ну почему люди такие, скажите? Никто не хочет, чтобы ими пользовались, но сами только и делают, что принимают близких людей за вещи. Собственность. Жалкую движимость.

Это…низко!

- Согласен, я поступил некрасиво, но, Лера, это же отец! Родная кровь!

Нечестный прием. Может быть, именно поэтому я слушаю его бред дальше.

- Он полковник, Лера. Такой весь брутальный военный. Выправка, голос волевой.